Вне зоны доступа

— Не завалю. Ты меня знаешь.

— Ну, смотри. Рыбу жду, может, пустим в дневной эфир.

Я распрощался с Кирычем и, отбросив полотенце, как был голый, улегся в постель. Уснул я быстро, и последним, о чем я связно подумал, была мысль о том, что я все сделал правильно. Тень гордилась бы мной. Моя Тень…

Глава 23

​‌​​​‌​‌‌‍

Утром снова дождило. В новостях говорили об угрозе подтопления, а я с улыбкой думал о том, что Яську нужно как-то оградить от переживаний. Иначе округу смоет.

Часы показывали шестой час. Я зашел попрощаться с дочкой, но та так сладко спала, что я не решился ее будить.

Оставил по старинке записку. Некстати вспомнил, что так и не договорился с Валентином Петровичем по поводу транспорта, и растерянно почесал в макушке. По-хорошему, мне нужно было идти к нему на поклон, либо менять свои планы. Я выбрал первый вариант — перед смертью, как известно, не надышишься.

В большом доме пахло кофе. Я заглянул в кухню, где у плиты возилась баба Капа.

— О, а вот и женишок поспел, — гремя посудой, ухмыльнулась та.

— Ну, хоть вы не начинайте, а?

— Не буду, — на удивление покладисто согласилась бабка, — так что тебе? Кофе? Сырники?

— Мне Валентина Петровича.

Я уселся за стол и подпер кулаком щеку.

— Сейчас спустится. Я слышала его шаги… С трех часов бродит, как медведь-шатун.

— Хоть его бери, снимай, раз настоящие медведи не попадаются, — то ли пошутил, то ли нет, я.

— Что, совсем дело плохо?

— Наверное, придется возвращать гонорар. Чертов дождь.

— Ты на погоду не ругайся. Небо не гневи.

Льет — значит, так надо. Еще спасибо скажешь.

Баба капа подошла ближе и протянула мне чашку. Но я так прочно был скован ее проницательным взглядом, что даже не сообразил забрать посудину из ее старческих сморщенных рук.

— Вы что-то знаете?

— Ага. Что не там ты медведей ищешь, — баба Капа сделала вид, что не поняла, о чем я, и вернулась к плите.

— А где же мне их искать? — подыграл я, но наш диалог прервало появление Валентина Петровича. Выглядел он хреново. Наверное, снова пил.

— Доброе утро, — пробормотал Астафьев.

Шаркая ногами, подошел к холодильнику, достал банку рассола и, свинтив крышку, с жадностью отпил. — Какими судьбами в такую рань? — обернулся ко мне."

"— Забыл вчера договориться с вами о поездке. На сегодня.

Валентин Петрович насупился:

— Такие вещи оговаривают заранее.

— Да уж. Мой косяк. Признаю. Из вас водитель, конечно…

— Ты мне еще поговори, — сощурился Астафьев.

— Да что тут говорить? Я ж не из прихоти в город собрался.