Вне зоны доступа

Заглянул в ее слезящиеся от смеха глаза и спросил:

— Что нам мешало поговорить раньше?

— То, что я забыла, как это, папа. Разговаривать с тобой…

— Извини.

— Проехали. И знаешь что, давай уже спать?

— Давай. Тем более что мне завтра рано вставать.

— Так вроде бы снова передают дождь?

— А мне в город надо. Вот хочу пораньше выехать.

— А-а, ну-ну. Жаль, что твоя съемка накрылась.

— Это еще не факт. Может быть, удастся отснять что-нибудь стоящее…

Я правда на это надеялся, но с каждым убегающим днем надежд становилось все меньше.

Из всего отснятого материала рабочими были разве что несколько фото орланов, да оленя с солнцем, запутавшимся в ветвистых рогах. Мало… ничтожно мало. У меня даже не было возможности задействовать робота, при помощи которого я обычно вел съемку хищников в непосредственной от них близости. Если бы не репортаж, который я параллельно готовил, можно было сказать, что я бездельничаю. Так, размышляя ни о чем и обо всем сразу, я закрыл за собой дверь. Потопал в душ. А уже там, стоя под обжигающе-горячими струями, меня осенило! Кое-как обмотав бедра, мокрый с головы до ног, я выскочил из ванной и нашарил впотьмах, брошенный на столе телефон.

— Твою мать, Соловьев! Я только-только решил расслабить булки и отдохнуть…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌- Отдохнешь на том свете, Кирыч! Покой нам только снится…

— Что еще? Ты закончил верстку?

— Что? Нет! Нет еще. Мне нужно кое-что перепроверить. Завтра с этой целью поеду в город. Если коротко, я нарыл две подставные фирмы, через которые продают лес, но это потом… Завтра!

— А сейчас чего тебе неймется? — тоскливо протянул Кир.

— У нас тут случай занятный. Репортаж можно снять…

— Опять ты…

— Нет-нет, никаких расследований. Обычный сюжет, над которым обычно плачут домохозяйки. Сплошные мимимишечки.

— Ну, что там еще?

— Я тебе рыбу кину! Сюжет будет бомба! Мне бы еще немного примочек, а то выкручиваюсь на голом энтузиазме. Микрофонов нормальных, то да сё… Я ж не планировал…

— Так, Данил, тормози! Давай по порядку — о чем хоть репортаж?

— О героизме заведующей местной амбулаторией.

Она тут в полевых условиях сложнейшую операцию провела. Жизнь спасла роженице и младенцу…

— Дык это же совсем не твоя тема, птица ты моя…

— Моя, не моя? Какая разница?!

— Да мне никакой, а вот чего ты так жопу рвешь — непонятно.

— От безделья, — отрезал я, не желая ничего обсуждать.

— А с птичками что? С зайчиками? Завалишь заказ — больше не позовут.