Вкус к жизни

– Почему?

– Хотел, чтобы ему было больно, – просто и понятно ответил Мартин, безразлично хмыкнув.

– Зачем?

– Это, если позволишь, я тоже оставлю при себе.

– Зачем? – повторила я тот же вопрос, но с совершенно иным смыслом. – Ты ведь не можешь не понять, что твоя боль ничуть не меньше!

– Моя даже больше, – с невесёлой улыбкой доложил Мартин и задорно мне подмигнул.

– А что же Астафьев?

– Да что с ним станется… Переиграл сам себя. Ведь так боялся показать тебе собственную привязанность, что убедил в абсолютном безразличии.

– Я бы не оценила, – сухо ответила я. – Ведь уже тогда мне было всё равно.

– Верно, – довольно прохрипел Мартин, глядя на меня с обожанием. – На тот момент ты уже думала обо мне. Пожалуй, если бы я знал об этом раньше, можно было бы переиграть… – деланно рассмеялся он, а я оборвала этот смех своим вопросом.

– Ты что-то хотел мне сказать… Там, в столовой… Помнишь?

Он помнил, но эти мысли не вызывали в нём восторга и трепета, потому пришлось с отвращением поморщиться.

– Что ты хотел сказать? – поторапливая, тоном придавая решимости, повторила я свой вопрос, и Мартин вскинул подбородок.

– Только то, что если ты выберешь… – неудачное слово заставило его поморщиться и напряжённо сглотнуть. – Что если ты предпочтёшь другого – я пойму. Я хотел сказать только это. Но… что-то пошло не по сценарию. Кажется, я переоценил свои человеческие качества, – задумчиво пробормотал он и на этом выпятил губы. – В один момент мужчины во мне стало во сто крат больше, чем человека.

Я поцеловала его сама, поднявшись на цыпочки. Поцеловала и провела ладонями по волосам, легко ероша их, уничтожая укладку."

"– Сегодня был очень тяжёлый день, – проговорила я Мартину в губы. – А ещё я замёрзла и чудовищно устала.

– Не хотел тебя грузить всей этой грязью… – покачал Мартин головой, всё ещё не рискуя прикоснуться.

И потому это я тоже сделала первой. Подвела ладони под его руками и надёжно вцепилась пальцами в плечи.

– Спать! – приказала я, чем буквально заставила Мартина сдвинуться с места.

Коридор по-прежнему был пуст. Мы шли по нему, сцепив пальцы в замок.