Виват Россия!

В любое из них мы должны будем выступить, буде такая необходимость. Так что ждём, господа, ждём приказа.

Двадцать девятого апреля после обеда к полковому штабу гвардейских егерей прискакал на взмыленном коне поручик из главного штаба.

– Ваше превосходительство, вас срочно требует к себе генерал-фельдмаршал! – прокричал, осаживая коня, молоденький офицер. – Просил вас очень поспешать!

– Понял. Коня! – скомандовал Алексей. – Сергей Владимирович, на всякий случай собери офицеров. Чую, не просто так Суворов к себе призывает.

"

"В главном штабе царила суета, выбегали по ступеням дворца офицеры, седлали коней и неслись куда-то. Подлетела полусотня казаков, и выпрыгнувший из седла знакомый всадник, придерживая саблю, побежал ко входу.

– К генерал-фельдмаршалу! – крикнул часовым подпоручик, топая впереди Алексея. Те, встав по стойке смирно, приставили к ноге фузеи. – Ваше превосходительство, – пожалуйста, – открывая дверь в просторный зал, произнёс офицер.

– Алексей Петрович, голубчик! – воскликнул стоявший с тремя генералами Суворов и подскочил к Егорову.

 – Ждал тебя, молодец, быстро прилетел! Дело, не требующее никаких отлагательств! – привычно частил он, глядя собеседнику в глаза. – Про переход в двух пунктах через реку По ты наслышан. Корпус Лузиньяна с авангардом Багратиона только-только к своему подходит, а вот Розенберг уже деятельно готовит переправу напротив Валенцы. На правом берегу казаки Денисова, проскочив, заметили приличные силы французов. Так что, боюсь, лёгкой прогулки до Алессандрии там не будет. Моро не простой генерал и не упустит возможность ударить по малой части наших сил, дабы её уничтожить. Уповаю тут только на многоопытность генерала Розенберга, который не позволит втянуть себя в сражение. Но к нему ускакал великий князь Константин! Вот так никого не предупредив, взяв только лишь людей из свиты и конвой из двух десятков всадников! Генерал Розенберг-то многоопытен, но покладист, а вот князюшка слишком горяч! Славы хочет! Как бы беды не случилось, Алексей Петрович! Сердцем чую неладное! Сломит генерала князь Константин, покорит своей волей и наломает дров. Ты представляешь, что будет, если убьют наследника государя?! А если его пленят? – понизил голос до свистящего шёпота Суворов. – Пленя-ят! Ты только подумай, Алексей! Позорный мир?! Капитуляция? Какие беды ждут тогда нашу армию? Вся кровь её напрасна?

– Приказывайте, Александр Васильевич. – Егоров вытянулся по стойке смирно.