Витражи

– Ты?! - выпучил на меня глазищи ""скорый коновал"".

Ага, видать, и ему моя рожа примелькалась. ""Ничего, - подумал я, - ты мне нравишься еще меньше"".

– Я, - я нагло улыбнулся. - Соскучился?

Э-э, да что это? От ""медика"" явственно разило спиртным. Нет, он, что, совсем не понимает, что жизнь и смерть не игрушки? Интересно, если его стукнуть башкой об стенку, у него встанут мозги на место? Навряд ли…

Пока он ловил ртом воздух, как конь после долгого бега, в поисках наиболее эффектного оскорбления в мой адрес, я думал, как бы его проучить.

По морде я, конечно, дать ему всегда сумею, но как сделать, чтобы увалень ушел с работы, выполнять которую назначат человека поумнее и поотвественнее…

Он, кажется, что-то надумал, когда мне пришла в голову идея.

Я сделал незаметное движение пальцев и практически беззвучно произнес волшебное слово. От моего действия уровень алкоголя в его крови поднялся как раз до такого уровня, при котором падают и засыпают на целые сутки, пока зверская головная боль не поднимет на ноги.

Конечно, это было нечестно, но это был единственный пришедший в мою невыспавшуюся голову способ устроить так, чтобы этого молодца уволили в ближайшие сутки. Смена у него заканчивалась в 06:00 (это я уже знал), то есть через несколько минут, так что никто ничего не терял, только он - работу.

Итак, ""коновал"" смрадно икнул и свалился на коврик. ""Приятных слов"", - мысленно пожелал я ему.

– Что это с ним? - изумился Бушков.

Я пожал плечами:

– Напился. Позвоните его начальству, - и вышел вон.

– Ну что? - тревожно спросила Лена, когда я вернулся.

– Отлично, - я подхватил ее и закружил по прихожей, - все просто отлично! Я спас старушку и сделал гадость одному подонку!

Она засмеялась:

– А ну пусти меня! Его долго нет, я начинаю беспокоиться, а он там без меня гадости делает!

– В следующий раз непременно позову тебя с собой, - пообещал я, - твои гадости получаются изысканней.

– А если серьезно? - спросила она, когда я поставил ее на ноги.

Я пожал плечами.

– Я чуть не опоздал, но сейчас бывшая больная в полном порядке.

– Я рада.

– А я пойду отсыпаться, - я сделал загадочный взгляд, - ты со мной?

– Слушай, - вдруг вспомнила Лена, между прочим, совсем некстати. - А что тебе приснилось, когда ты так бурно поздоровался со спинкой кровати?

– Не помню, - соврал я - нечего ее попусту волновать - и притянул ее к себе. - Не лучше ли сейчас подумать о другом?

Интерлюдия

Юноша был странным. Так считали все, кто был с ним знаком.