Витражи

– А мы не знаем.

– Так я и поверил.

– Твое дело.

Нет, мне не врали, но уж точно не договаривали.

– Это могут быть люди, - робко вступил в разговор Сырин, - или черные маги снова хотят развязать войну, потому что исчезают только белые.

– Нет, - запротестовал я, - я сегодня разговаривал с Кристиной, она ничего об этом не знает.

– Я тоже могу тебе это сказать.

– Кристина не лжет, - с нажимом сказал. - А вам бы не помешало поставить в известность магов Стихий.

– Зачем? - возразил Красов. - Они ничем не смогут помочь.

Он не договорил, потому что в кабинете появились Стихии и Властелин. В помещении сразу стало тесно. Я улыбнулся.

– Нашел себе марионеток, - прошипела Водуница. - Молодец, Денис, хоть иногда ты используешь кольцо по назначению.

– Ты… - у Красова было такое выражение лица, будто, будь его воля, он бы меня придушил.

– Он, - кивнула Акварель, - хотя должны были вы трое.

– Сколько пропали? - немедленно приступил к делу Почвин.

– Одиннадцать, - признался Сырин, с самого начала готовый сотрудничать.

– И вы молчали?! - вскинулся Огнев. - Что еще вам известно?

– Ничего, - зло ответил Красов, - это правда. Но мы считаем…

Он не договорил, Кристина сразу поняла, что он имеет в виду.

– Это не я, - ответила она, - но проверю, не делает ли этого кто за моей спиной. Возможно, объявился второй Брагос. Спасибо, Денис, - и черная волшебница переместилась.

Остальные только переглянулись, а Красов послал мне особо многообещающий взгляд.

– Стой! - Захар поймал меня за рукав и не дал переместиться.

Я выдернул руку.

– У меня дела, уж извини.

Я не хотел его видеть, да, я был на него обижен за то, что он уехал в Москву, но я считал, что он умчался за мечтой и счастлив себе там, а оказалось, что он бывает и здесь, совсем близко, а поинтересоваться мной ему некогда. Что ж, некогда и не надо.

– Какие дела?! - воскликнул Захар. - У тебя что, нет ни минуты поговорить?

– Кажется, мы оба занятые люди…

– Денис, - на мгновение мне показалось, что передо мной прежний Захар, молчаливый, но преданный и открытый для меня, - прошу, поговорим.

Но нет, это был не он, мы все изменяемся, и к прошлому возврата нет.

И, смотря на своего бывшего учителя, я вдруг острее почувствовал, как был не прав со Стасом.

– Поговорим, - словно издалека услышал я собственный голос, - но не долго.

– Пойдем куда-нибудь, где нам не помешают, - предложил он.

– Пошли, - согласился я.