Витражи

– Знаешь что, - выдавил я из себя так спокойно, как только мог. - Шел бы ты… к Свете. Она за что-то тебя любит.

– Но Кришну нельзя победить, - снова попробовал он.

– Даже если нельзя, мы найдем способ, - заверил я.

– Как знаешь, - и Игорь пошел в подземный переход, чтобы оттуда переместиться.

А я остался под мелким и оттого еще более противным дождем. Все было еще хуже, чем я предполагал, или надеялся. Катастрофа. Да, именно катастрофой и можно было назвать происходящее точнее всего…

Кольцо на моей руке засияло, что вывело меня из задумчивости.

– Денис? - раздался из рубина несколько придушенный голос Захара.

– Что-то случилось? - спросил я, чувствуя неладное.

– Случилось, - ответил он. - Нашли еще тела убитых магов. Еще двадцать. Таким образом, этой ночью убили сорок.

– За одну ночь?! - задохнулся я.

– За одну минуту по всей стране, - поправил он, - ведь жертвоприношение совершается только ровно в полночь.

Я еле нашел в себе силы, чтобы ответить.

– Спасибо, - прошептал я в рубин. - Спасибо, что сказал.

– А ты говорил с Брагиным? - в его голосе теплилась надежда, от чего мне стало еще хуже. Я вел себя с Игорем так уверенно. А что, если он прав, что, если путей к спасению действительно нет?!

– Он посоветовал мне произнести заклинание Блокировки, если я хочу выжить, - поделился я.

– Вот как, - надежда в его голосе пропала.

– Да. Ну, свяжемся позже, а то я стою посреди площади под дождем и, как дурак, разговариваю со своим кольцом.

– Конечно, свяжемся, - согласился он и зачем-то добавил: - Если успеем.

Зачем он это сказал?! Зачем?! Задохнувшись от отчаяния, я отрубил связь, и побежал в переход, идти медленно у меня не было сил.

– Все так плохо? - ужаснулась Лена, когда я весь мокрый переместился домой. Наверное, на моем лице было то еще выражение.

– Все еще хуже… А где Стас? - забеспокоился я.

– Сырин забрал, - успокоила она. - Он у него переночует. Сырин считает, что ты пичкаешь пацана практикой, а о теории совсем забыл.

– Он бессмертен, детей нет, друг убит, надо же ему кому-то дарить свою заботу, Стас не дурак, не думаю, что он откажется от внимания.

А мысли тем временем понесли. А родится ли мой сын? А увижу ли я его?…

– Хорошо, что Стаса нет, - вздохнул я. - Не могу при нем киснуть.

– А при мне значит можно?

– Можно… - я обнял ее, и она не подумала отстраниться, несмотря на то, что на мне была мокрая рубашка.

– Может, не стоит киснуть?

– Ленчик, мы гибнем, - придушенно ответил я. - И никто не знает выхода. Ответа нет.