Двойня для генерального

Он остался таким же серьезным и собранным, не прибавил в весе, не постарел. Выглядит как всегда, просто шикарно. Лишь ледяной взгляд голубых глаз стал ещё холоднее."

"А ведь я помню, когда все было иначе. Когда в его взгляде царили любовь и нежность. Помню его улыбку. У меня всегда птицы пели на душе, стоило на себе почувствовать внимание любимого человека.

Матвей тогда ожил рядом со мной. Стал из каменной глыбы живым человеком. Это было прекрасно! Я могла парить на волнах спокойного теплого моря, а не желать закутаться в покрывало.

При виде мужчины реакция моего тела остаётся неизменной. Борьба разума и неподвластных ему желаний начинается с новой силой. От какофонии чувств не знаю куда бежать.

За все, что сделал Илларионов я хочу его ненавидеть. Всем сердцем! Но не выходит… К своему великому ужасу понимаю, что даже спустя много лет, после предательства, после того, как он меня бросил, я всё равно продолжаю его любить.

И проклинать себя за эту поганую слабость. Потому что противиться испытываемым рядом с Матвеем эмоциям не могу. Потому что они изнутри меня разъедают подобно кислоте. Превращаются из бальзама для души и сердца в сильнейший яд. Уничтожают меня.

Любовь она такая… Что за странное чувство? Затихает на долгие годы, затем снова вырывается из-под контроля и сбивает все настройки. Сокрушает волю. Безвозвратно посылает доводы разума в далёкие страны.

Перекрывает всё. Абсолютно.

— Привет, — произношу пересохшими в один миг губами. Сердце продолжает сборить. Держать себя в руках выходит с трудом, но я упрямо продолжаю свои попытки. Сдаваться нельзя. От этого мне самой будет лишь хуже.

— Здравствуй, — обращается ко мне. Мурашки пробегают по коже, внутри пожар. Становится не по себе.

Хочу убраться отсюда как можно дальше. Сбежать! Исчезнуть! Раствориться! И никогда больше в своей жизни не встречаться с этим человеком.

Но увы и ах. У судьбы на мой счёт, видимо, совершенно другие планы.

— И прощай, — поднимаюсь с кресла, кидаю на Шакирова многозначительный взгляд. Я верю, что он не планировал этой встречи. Только планы его лучшего друга на этот счёт оказались иными. — Позже поговорим. Хорошо?

— Я тебе наберу, — отвечает мне не отрывая внимания от Илларионова.

— Буду ждать, — говорю ему и направляюсь к выходу из кабинета.