Виктория – значит Победа. Серебряной горы хозяйка

— Наоборот, господин граф Ренар говорил, что тебе нужно хорошо питаться, раз ты маг, — Тереза подтолкнула ко мне сырную тарелку и сама разлила вино по бокалам. — За нас и за бал!

— За нас, — откликнулась я. — Ну что, рассказывай.

Я даже попробовала прикрыть нас от подслушивания, но эта премудрость пока давалась мне не слишком хорошо. Но вдруг поможет от каких-нибудь лишних ушей?

— Луи Орвиль мой герой, — сообщила Тереза.

— Он был неплох, — кивнула я, соглашаясь. — Чист, без насекомых, умеет поддержать беседу, не назойлив, не берётся рассуждать о том, чего не понимает и что его не касается.

— И отлично знает, как доставить удовольствие даме, — промурлыкала Тереза. — Но ты ведь не против, правда? Ты же не имела не него видов? — вдруг встревожилась она.

— О нет, не имела, — замотала головой я. — И что же, вы с ним…? — я глотнула вина и взяла кусочек сыра.

— Мы, с ним, всё верно, — закивала Тереза. — Мы нашли отличный укромный уголок на первом этаже, если спускаться не по главной лестнице, а по другой, которая начинается возле входа в столовую, — и поскольку я молчала и только заинтересованно на неё глядела, она продолжила: — Я даже хочу встретиться с ним ещё раз, очень хочу.

— Я верно понимаю, что вы пошли до конца? — интересуюсь, мало ли, что там.

— Ну конечно, — Тереза открывает глаза и смотрит бесхитростно. — Всегда завидовала тем, кто успевает на балу урвать пару поцелуев, или не только поцелуев, и всегда хотела попробовать. Ты не думай, я была осторожна, очень осторожна! Господин Орвиль тоже, мы даже юбки не помяли, он поднял их очень аккуратно.

Кажется — о чём-то таком меня предупреждал господин граф перед балом.

— Да какая там к чёрту осторожность, — я дотянулась до её бокала и сосредоточилась.

Простейшее действие, мне так тогда показалось. Пусть сработает, что ли?

— Что ты делаешь? — встревожилась она.