Ветра зимы

Его люди будут хорошо накормлены – наши пойдут в бой с пустыми животами. Не важно кто. Сир Тупица, лорд Слишком-Жирный, Бастард – пусть приходят. Мы удерживаем позицию, и я намерен обратить это нам на пользу.

– Позицию? – произнёс Теон. – Какую позицию? Эту? Эту позорную башенку? Эту жалкую деревушку? У вас нет ни возвышенности, ни стен, чтобы укрыться за ними, нет естественной защиты.

– Пока что.

– Пока что! –закричали в унисон обе птицы.

Потом одна каркнула, а другая пробормотала:

– Дерево, дерево, дерево.

Распахнулась дверь.

– Ваше величество, Карстарки захвачены. Кое-кто сопротивлялся и поплатился за это жизнью. Большинство были совсем сбиты с толку и сдались добровольно. Мы загнали их в общинный дом и там заперли.

– Отлично.

– Они говорят, что не знали. Те, которых мы допросили.

– Ещё бы.

– Мы можем допросить их получше…

– Нет. Я верю им. Карстарк не мог бы надеяться сохранить свою измену в тайне, если бы поделился замыслами с каждым простолюдином в отряде.

Какой-нибудь пьяный копейщик однажды проговорился бы ночью в постели шлюхи. Им не требовалось знать. Они люди Кархолда. В нужный момент они подчинились бы своим господам, как и делали всю жизнь.

– Как скажете, сир.

– Каковы ваши потери?

– Погиб один из людей лорда Писбури, и двое моих ранены. Но, если угодно вашему величеству, народ начинает волноваться. Сотнями собрались вокруг башни, гадая, что происходит. Слухи об измене у всех на устах.

– Мне нужно с ними поговорить. Вулл всё ещё ждёт?

– Вместе с Артосом Флинтом. Вы примете их?

– Скоро. Но сначала кракен.

– Как прикажете, – рыцарь вышел.

«Моя сестра, –подумал Теон, – моя милая сестрица». Хотя руки полностью потеряли чувствительность, он ощутил, как скручиваются его внутренности, совсем как тогда, когда этот бледный банкир-браавосец представил его Аше в качестве дара.

Вместо того, чтобы обнять его, она отшатнулась прочь.

– С тобой это сделал бастард? – спросила сестра.

– Не называй его так.