Весеннее жертвоприношение

Видеть путь стало труднее, поскольку луна была уже у горизонта. Хейке попросил Вингу не оглядываться, но для нее эта просьба была даже излишней. Она все время чувствовала, что они идут за ними, преследуют их буквально по пятам. Огромное скопище теней из прошлых времен Гростенсхольмского уезда. За все время их скопилось довольно много. Нет, нет, она спит! Все это происходит во сне! Или?.. И все же этот неизбежный вопрос должен быть задан:

— Хейке… Куда они сейчас пойдут?

— В Гростенсхольм, ты же знаешь.

— Да. Но мы же идем не туда! И ты должен их ввести внутрь, или как?

— Да.

— Ты им рассказал… о Снивеле?

— Да, пока ты лежала без сознания, бедняга, маленькая героиня моя.

— Ох, опять это слово! Героиня — это самое последнее, чем я была.

— И все же поэтому была героиней. Но я воспользуюсь другим выражением. Ты вернейшая душа моя. Лучше звучит?

— Да, это мне нравится. О, не падай, Хейке. Хейке! Стой на ногах! — шепотом произнесла она, изо всех сил поддерживая его.

— Да. И я побаиваюсь этого. Сейчас мне уже лучше. Это был приступ боли в животе. Больше тебя не подведу.

— Ох, как же все это произойдет? — промолвила она сквозь зубы так, чтобы их преследователи ничего не слышали. Они снова двинулись в путь. — Но ты ведь не думаешь проникнуть в Гростенсхольм сегодня ночью? У тебя не хватит сил.

— Нет, — ответил он. — Сейчас я нуждаюсь только в постели.

— И в чане с водой около нее? Думается, что он тебе нужен.

— Нет, не нужен.

— Хорошо. Что ты думаешь сделать с ними? — снова спросила она, несколько нетерпеливо. — Не хочу, чтобы они крутились в комнатах Элистранда.

— Нет, мы уже с ними обговорили это, — слегка улыбнулся он. Какой же вымученной была эта улыбка! Словно он был не в состоянии растянуть уголки рта.

— Обговорили? Ты можешь беседовать с ними? Спрашивать и получать ответы?

— Да.

— Предводитель? Постой, думаю, я знаю, кого ты имеешь в виду.

— Именно. Высокий повешенный мужчина.

— Я обратила внимание на то, что он пользуется у них авторитетом. Он даже производит впечатление очень умного существа. Но не особенно приятен. Интеллект, потраченный не на пользу, а на плохие дела.

— Тс-с, — слегка натянуто улыбнулся Хейке. — Он у тебя за спиной.