Верная

Может, я выдаю желаемое за действительное, но в процессе этой возни мне кажется, будто взгляд помощницы на секунду задерживается на бугре в моем паху. Наши глаза встречаются, и я понимаю, что ошибся. Она выглядит абсолютно равнодушно. С таким же успехом меня могло здесь и не быть.

– Телефон – это хорошо. Но я хотел бы увидеться с матерью лично.

– Боюсь, сейчас это невозможно.

– Кто это решает? Я хочу поговорить с ним.

Нет, я не думал, что меня так спокойно отпустят в другую страну, но… Я у матери единственный, очень поздний ребёнок.

Сколько лет жизни ей стоила моя отсидка – я даже думать не хочу. Кажется, её голос становится всё слабее день ото дня. Я почти уверен, что если не потороплюсь – опоздаю, и это меня грызёт, пожалуй, больше всего другого.

– Сергей Зурабович, давайте мы сейчас отложим этот вопрос и сосредоточимся на деле. Если оно сдвинется с мёртвой точки, можно будет о чём-то говорить, а пока…

А пока скажи спасибо, что тебя выпустили.

Будь оно всё проклято! Наливаю себе ещё и махом осушаю рюмку. У Евгении пиликает телефон, она косится на экран и на миг её губ касается нежная… такая нежная улыбка.

– Что ты заканчивала? Где набиралась опыта? – резко интересуюсь я. Евгения вскидывает равнодушный взгляд и ровным тоном оглашает, так сказать, весь список. Список впечатляет.

– И знаете, я ведь даже в вашем офисе успела отметиться, – неожиданно замечает она в конце. Я сильней сжимаю в руках приборы.

В зоне нож нам, естественно, не полагался, и прямо сейчас в руке он ощущается абсолютно чужеродным предметом.

– Каким же образом?

– Я у вас стажировалась.

– Правда?

– Целых три месяца.

– Не помню, – отрезаю я и тянусь за графином, чтобы выплеснуть в рюмку остатки. Пью. Водка уходит, словно в пустую землю.

– Неудивительно. С вами работала большая команда профессионалов. А меня допускали разве что к ксероксу.

– Неужто для дочери самого Воскресенского у меня не нашлось стоящей работы?

– Не-а.

Но я не в обиде. На деле протекция отца мне лишь всегда вредила. – Евгения отставила в сторону тарелку с недоеденным холодцом. – Вы всё, Сергей Зурабович? Времени у нас не так много.

– Куда-то спешишь?

– Да. Меня дома ждут.

Глава 3

Евгения

Я упоминаю о своей стажировке в офисе Горозии не случайно. Мой отчим в курсе, что я начинала именно там. В конце концов, он сам меня туда и пристроил.