Вдова его величества

Кроме того, который сжимала в кулаке Катарина, надеясь, что хватит у нее выдержки расплавить этот кусок. И что сама она не сгорит до того, как вспыхнет камень.

– И речи его становились слаще хмельного меда. Не нашлось ни одного создания, которое бы устояло перед ним. Я знаю, что он ходил к Каменным холмам в надежде встретить кого-то из моих родичей. Но другие оказались умнее меня, да… – Джио вздохнула.

Боль не то чтобы отступила, нет, она по-прежнему была с Катариной, но теперь с ней получилось совладать. Забрать силу и, пропустив через себя, отдать камню.

И нефрит откликнулся, а следом за ним и тот, крохотный совсем осколок, который утонул в камне, чтобы замереть.

Искра…

Из любой искры можно раздуть пламя, если постараться. И Катарина постарается. Если не ради себя, то хотя бы ради той, которая заслужила свободу. Которая еще может спастись. Которая…

– И когда он услышал о божестве, что спит в древнем храме на краю мира, он загорелся желанием подчинить и это божество.

И ненависти нет. Уже нет. А есть презрение, которое куда хуже.

– Мы отправились. И на свою беду нашли и храм, и ту, что спала в нем, – голос Джио перешел на шепот.

И, обернувшись, Катарина увидела, что та прислонилась к стене, схватившись руками за горло. Клятва?

– Хватит, – Гевин шагнул к той, которой не решался прикоснуться, чтобы обнять и прижать к себе.

Надо. Катарина вовсе не так умна, чтобы понять. Катарина, если подумать, никогда-то не отличалась ни умом, ни характером, ни силой. И теперь вот она почти выпила крохи огня, но разве этого довольно, чтобы закончить начатое?

Малость осталась.

И для этой малости надо взять силы. Где? Катарина знала ответ. Жаль все-таки, что не получилось сбежать… у свободы вкус вовсе не подгоревших пирожков из придорожной таверны.

Свобода – это влажная трава.

И небо со звездами, что спускаются взглянуть на тех, кому вздумалось валяться на влажной той траве. И темная вода пруда. И лилии в нем. И быть может, любовь, которой Катарина так и не узнала.

– Он нашел нечто, в чем скрывалась сущность божества. И сумел разглядеть ее… возможно, сумел использовать? Но понял, что та слаба. Время безжалостно не только к людям.

Голос змея звучал по-прежнему спокойно.

– Отпусти, – проворчала Джио.