Ватага. Император: Император. Освободитель. Сюзерен. Мятеж

Хоть что-то!

Покрутив котелок в руках, молодой человек выправил подходящим камнем края, и принялся вновь шарить в помойке, прикидывая, чем бы заткнуть дырки? Ничего подходящего ни в яме, ни в ближайших кустах отчего-то не наблюдалось: ни полиэтиленовых пакетов, ни пластиковых бутылок-пэтов, ни паяльника с припоем. И все же с находкой расставаться не хотелось, хотя…

Вожников вдруг улыбнулся и хмыкнул: вот уж точно, как в той поговорке про курву с котелком! Вроде и не нужен, и пользы-то от него никакой нет – дырявый! – а все ж выкинуть жалко.

– Бог в помощь. Да хранят вас Господь и Пресвятая Дева!"

"Резко обернувшись, молодой человек увидел перед собой одетых в длинные темно-коричневые рясы монахов, числом с полдюжины, старший из паломников – невысокого роста седобородый старец с добродушным лицом – как раз и поздоровался с князем. Остальные монахи – трое уже в возрасте и еще двое довольно юных парней – подростков – молча, с улыбками, покивали.

– И к вам будь благословенен Господь! – отозвался Егор на латыни и на ломаном каталонском спросил: – В Монтсеррат?

– Нет.

– Ах, вот вы откуда, – молодой человек едва не расхохотался во весь голос – ишь ты, из Таррагоны! Можно сказать – почти земляки.

Один из подростков внезапно закашлялся… точно так же, как вот недавно, Аманда, которой, кстати, уж давно пора бы было явиться. А вот что-то…

– Ого, сколько вас! – послышался за спиной князя звонкий голосок девушки.

– И мы тебе рады, дщерь, – светлые, чуть навыкате, глаза старого монаха прямо-таки лучились добротой. – Небось, к Деве идете?

– К ней. Мы рыбаки – попросим у Смуглянки удачи. Благословите, святой отец.

– Брат Гонсало, – старик поспешно представился и обвел рукой своих спутников. – Мы из обители Святого Яго, что в Таррагоне, вот эти трое – брат Жакоб, брат Фома и брат Федериго. И двое вьюношей-послушников – Игнасио и Ансельм.

Все пятеро скромно поклонились, а юные послушники – так почти до земли.

– Ах, Игнасио, Игнасио, – посмотрев на него, брат Гонсало покачал головой, и, переведя взгляд на Аманду с Егором, добавил: – Вчера попали под дождь…

– Ого, вы тоже! – Аманда закашлялась, содрогаясь всем телом, и князь, обняв девушку, похлопал ее по спине.

– Вам обоим надо больше молиться, – наставительно заметил старый монах.