Ватага. Император: Император. Освободитель. Сюзерен. Мятеж

Стройные бедра… томная линия позвоночника, маленькие нежные косточки, прощупывающиеся под шелковой кожей… горячее дыханье… губы… целовать их, целовать! Упругая грудь…

Погрузившись с головой в волшебное действо, князь уже не помнил, кто он и кто эта юная гурия, да это было абсолютно неважно сейчас… лишь бы видеть эти глаза, ласкать это тело, наслаждаясь так, как, казалось, еще ни разу не наслаждался…

И все это было похоже на сон… Словно во сне Егор видел, как в опочивальню вбежали еще три обнаженные девы, в три раза увеличив количество ласк… а потом все сделалось каким-то эфемерным, зыбким… Но из этого зыбкого тумана так не хотелось уходить.

Князь упал в это томно-тягучее средоточие волшебной неги и страсти, растворился, провалился… пропал… Остались только нежные женские руки, объятья и стоны, сияющие колдовским наслажденьем глаза… и музыка – она так и звучала в мозгу.

– Хей-хей, хей на-на…

Кто-то пел. И голос был явно мужской. Молодой человек прислушался, недоумевая – откуда здесь мог взяться мужчина? И куда делись гурии? И вообще, где он сам?

Дернувшись, князь ударился головой о низкий дощатый потолок и, наконец-то вынырнув из сладкого сна, изумленно осмотрелся вокруг.

Что и говорить, было от чего прийти в изумленье! Окружающая Вожникова обстановка ничем не напоминала шикарный особняк в Матаро – опочивальня каким-то неведомым образом вдруг превратилась в узкую, словно пенал, маленькую каморку с маленьким – в три ладони – окном, сквозь которое бил прямо в левый глаз столь же узенький, с танцующими золотыми пылинками, лучик.

Дощатые стены, дощатый пол, какой-то сундук вместо ложа… Черт побери! И стены, и пол, и сундук – качались. Вот ведь напился вчера! Как говорится – дорога встала дыбом и бросилась в лицо… Впрочем, нет – и в самом деле все качалось.

И еще кое-что почувствовал – цепи! На ногах цепи! Аккуратно скованные, тяжелые, дававшие возможность передвигаться лишь маленькими шажками. Не убежишь! Вот ведь сволочи!

Нервно поднявшись на ноги, молодой человек снова стукнулся головой об потолок и, выругавшись, заглянул в оконце…

Море!!!

За окошком плескалось море!

И сам-то князь, оказывается, находился на корабле… только вот как он тут оказался, почему-то никак не мог вспомнить.