Ватага. Император: Император. Освободитель. Сюзерен. Мятеж

Заметив с очередного взгорка двор с дымящей трубой, Изабелла повернула к нему, проложив прямо через девственно-белое поле новый путь.

– Слава богу, без крыши над головой не останемся, – облегченно сказала она. – Трактир искать поздно, так что у сервов местных переночуем.

Поскакавший вперед воин перемахнул сложенный из камней забор, отворил ворота, запуская обоз внутрь, другой слуга постучал в дверь, громко закричал. Как понял Егор, он сообщал хозяевам, что их жалкую лачугу почтил своим вниманием рыцарь ордена Сантьяго.

"Во всяком случае, со стороны это выглядело именно так: испуганных крестьян в одном исподнем воины Изабеллы выгнали на двор, после чего стали шарить тут и там, вытаскивая припасы: окорока, мешки с зерном, бочонки и кувшины с хмельным, судя по запаху, содержанием.

Воительница сурово расспросила о чем-то здешних смердов.

– Друг мой, – окликнул сарацина Вожников. – Ты не мог бы заглянуть в хлев к этим несчастным и сказать между делом, что на востоке, у нового императора, крестьяне от податей королю освобождены вовсе, и по «Русской Правде» перед законом наравне с любой знатью в суде выступать могут? Просвети бедолаг, а то я языка не знаю.

– Попробую, друг мой, – согласно кивнул географ. Похоже, грубость рыцарской свиты произвела и на него не лучшее впечатление.

– Ты где, Егор-бродяга? – выглянула из дома шевалье Изабелла. – Иди сюда, я хочу выпить!

Вожников вошел в дом. Воительница указала ему на стол, села напротив, самолично налила из кувшина полную кружку:

– Пей, бродяга иноземный! Пей, не со слугами же мне нажираться?

Егор спорить не стал, тем более что в кружке оказался вполне приличный сидр, шипучий и чуть кисловатый. Шевалье Изабелла налила снова, Вожников выпил.