Дульсинея и Тобольцев, или Пятнадцать правил автостопа

Так, давайте думать, когда, - полез в телефон. - Завтра - нет. Послезавтра - маловероятно. А вот в четверг - вполне. Как вам четверг, часа на четыре?

Автостопщик пил чай с отсутствующим видом.

- Договорились, - сказала Дуняша. - Мне вполне подходит.

И поняв, что это завершение разговора, поднялась.

- Я вас провожу, - Тихон Тихий встал из-за стола вслед за ней.

- Я сам провожу, - перебил его Иван-лжец и тоже вскочил на ноги.

Он открыл дверь. Вроде, как серьезно, но было в этом жесте что-то гротескное, то, что отдавало шутовством.

- Прошу, Евдокия Романовна.

Дуня незаметно поправила после сидения на кресле юбку, попрощалась с Тихим. Без сомнения, они понравились друг другу, и это был хороший знак, а затем, не глядя на автостопщика, вышла в коридор. Куда двигаться в этой развилке с множеством дверей от служебных помещений, было совсем непонятно, поэтому пошла прямо. Как-нибудь выберется.

- Ты идешь прямиком к складу, - Тобольцев таки догнал ее и ухватил за локоть. - Уверена, что тебе туда надо?

Дуня развернулась и холодно посмотрела в глаза за стеклами очков:- Видимо, выйду через склад.

- Так злишься на меня, что пробьешь стену?

- Ты еще не видел, как я злюсь. Куда надо свернуть, чтобы попасть в зал обслуживания?"

"- Вот сюда, - он открыл первую попавшуюся дверь и впихнул Дуню в какой-то кабинет, а потом встал у двери, не давая возможности выйти. Они остались наедине. - Даже приговоренным к смерти дается последнее слово. Может, ты меня выслушаешь?

- А разве это так необходимо, о, Иван?Ее трясло.

- Тебе захотелось переночевать в моей квартире? Продлить приключение? Набраться новых впечатлений? Удалось. Поздравляю! Удалось, - голос дрожал, потому что она пыталась его удержать, не сорваться на повышенный тон. - Очень хорошо соврал. Очень жестоко, Ваня. Знаешь, можно было бы и по-другому. Не про здоровье близкого человека.

- Нет, это было не забавно. Не для меня. Просто... просто мне на самом деле ОЧЕНЬ НУЖНО было остаться в Москве, - он запустил руки в голову, и тут же привел волосы в полный беспорядок. Как мальчишка. И сами руки у него были... мальчишеские. С этими ремешками, заусенцами, царапинами. Дуня давно подметила. Никакой выхоленности. Разве что всегда чистые.