Дульсинея и Тобольцев, или Пятнадцать правил автостопа

Девичьи ресницы на абсолютно мужском лице с начавшей пробиваться к концу дня щетиной. Захотелось вдруг прикоснуться, и рука уже сама невольно поднялась.

- Ага. Есть! Не удалил. Молодец, Ваня, - раздавшееся довольное восклицание Тобольцева заставило Дуну вздрогнуть и вернуться к действительности.

Она быстро опустила приподнятую было руку и оглянулась. Тихий. У самого окна. В последний момент успел перевести взгляд на монитор и изобразить крайнюю заинтересованность. Но опоздал на долю секунды. Она поняла, что он видел.

Тобольцев открыл исходные фотографии и стал их увеличивать. Дуняша заставила себя сконцентрироваться на кадрах. С трудом, но получилось.

- Тут... чистый лист и сверху что-то... стоп! - она подалась чуть вперед и, не сдержав эмоций, сказала громче обычного, - Здесь штамп, печать... Даже подпись можно рассмотреть!А через мгновенье чуть не упала на Тобольцева, потому что почувствовала сзади толчок.

- Смотри, юрист, - раздался голос Тихого у открытого окна.

Ракитянский смотрел. Внимательно, напряженно, склонившись к самому экрану, а потом вдруг резко разогнулся и растерянно стал оглядываться по сторонам, ловя взгляды присутствующих.

- Это оборотная сторона нотариально заверенного документа.

- И-и-и? - снова раздался бархатный голос из окна.

- Заверенного тем самым левым юристом, о котором я рассказывал!

- Вот оно, значит, как... - протянул Тихий.

Дуня почувствовала, что ей не хватает места. На перенаселенном балконе невозможно было сделать и шага, а ей хотелось двигаться. Она вышла и стала возбужденно ходить по комнате, как перед ней это делал Ракитянский. Надо же, насколько все связывается ниточкой воедино.

- Ваня, - Дуня снова была на пороге балкона. - Я же сделала тогда не один кадр. Открой другой. Давай сравним. Может, они различаются?

Они различались. На одном бумага была в руках Благородова «лицом вверх», а на втором она же лежала около усатого «лицом вниз». Удалось разглядеть, что это было Свидетельство о собственности на землю на имя усатого."

"- У них один и тот же нотариус получается, да? - спросила Дуня.