Дульсинея и Тобольцев, или Пятнадцать правил автостопа

Даже двух произнесенных за ее спиной отчетливых фраз «привет, куколка» и «нет, сегодня не получится» вполне хватило, чтобы понять - звонок личный.

Куколка... это, как выражается Ида Ивановна - модель? Одна из тех, что так просто Ванечку не отпустит? Хотя, ей-то какое дело? Пусть автостопщик сам разбирается со своими куколками. Ей, Дуне, абсолютно все равно.

- Я тебя еле догнал, - послышалось за спиной. - Думал, ты куда-то свернула, и мы потеряемся.

- Просто ты слишком долго разговаривал по телефону. Я могла бы и на Северный полюс за это время дойти.

- Не могла.

- Это почему?

- Ты бы замерзла на полюсе в такой юбке.

Дуня улыбнулась, а Иван, наконец, поравнялся с ней и пошел рядом.

- Так куда ты меня ведешь?

- К нулевому меридиану, - ответила Дуняша. - Знаешь, мне кажется, что если город тебя принял, то в нем обязательно есть нулевой меридиан. Твой личный. Отправная точка, с которой все начинается.

Они остановились на улице Рождественка перед красивым классическим особняком, украшенным вставками из мозаики.

- Для меня нулевой меридиан в Москве - это мой институт. С него началось все: учеба, самостоятельная жизнь, дружба, школа...

- Школа?

- Да. Школа. Школа жизни. Мне кажется, что почти все, что есть в моей жизни теперь, я получила здесь. Пойдем.

Дуня зашла за ограду и оказалась во внутреннем дворе. Она остановилась перед дверями, зная, что дальше без студенческого билета ее не пропустят, и заглянула в окна.

- Странно... кажется, еще вчера я сама была там, искала учебники, обсуждала семинары, договаривалась о походах в кино, прогуливала лекции, а сейчас за окном совсем другие молодые люди начинают свои жизни.

- А у тебя? - просил Иван, стоя за спиной. - Разве у тебя впереди нет ничего?

- Много всего. Но у них гораздо больше. Институт - это, наверное, первые уроки на прочность, на честность, на зрелость, на принятие важных жизненных решений. Обязательно - на дружбу... Да,- Дуня отвернулась от окна и коснулась рукой стены.

Она не смотрела на своего спутника, но знала, что он ее внимательно слушает. Некоторое время она молчала, а потом подняла глаза и улыбнулась:- Пошли дальше?С Рождественки Дуня и Тобольцев свернули на Кузнецкий мост."

"- Видишь, сейчас среди мостовой стоят скамейки, образуя пешеходную зону, а когда-то такого не было. Зато зимой на улице стояли художники с замерзшими носами и руками и продавали свои акварели.