Варвар

Забыв обо всем, он крепко обнял ее и жадно впился губами в ее губы. Для него перестало существовать утро, боль, служба и всё на этом свете, была только женщина с дрожащими медовыми глазами, ее жаркие губы и ласковые руки, осторожно блуждающие по его спине.

Теперь он хотел ее до боли в каждой клеточке своего тела. Хотел, чтобы она стала его по-настоящему, хотел подарить ей сына, а вместе с ним и весь мир. С огромным трудом отстранившись, он всё же спросил:

− Это значит, что ты будешь моей женой?

− Я уже твоя жена, − только и ответила Вилия, понимая, что у нее кружится голова, а глаза становятся влажными.

Видеть его счастливым от этих слов сейчас казалось ей очень жестоким.

− Я посмотрю на дом твоего отца сегодня же, − пообещал Энрар, приподнимаясь на кровати. – Крайд уже получил бумаги из столицы, а значит и я получу свое назначение по-настоящему, и всё закончится. Предателя мы уже поймали, осталось только разобраться с присягой.

− Я знаю, − прошептала Вилия, прикрывая глаза.

− В последний? – хмурясь, спросил Энрар, не понимая ее настроения.

− В последний раз за это утро, − пояснила Вилия и сама потянулась к нему, чтобы поцеловать.

Энрар отстранился.

− Ты какая-то другая."

"− Мне приснился дурной сон, в котором мы расстались навсегда, потому мне неспокойно, − соврала Вилия дрожащими губами.

Она не думала, что будет так больно говорить правду, глядя эштарцу в глаза, когда сама она решила сбежать с отцом и братом, чтобы оставить войну с Эштаром в прошлом навсегда.

− Я постараюсь вернуться как можно быстрее, − пообещал Энрар и поцеловал ее, как она и просила, только медленно, нежно, позволяя ей ощутить каждое прикосновение и насладиться им так же, как он сам им наслаждался, а потом буквально вскочил на ноги, словно не был никогда избит.

− Энрар, по поводу Арона, − спешно выпалила Вилия, садясь на постели. – Он вчера был таким уставшим и долго не мог уснуть…

− Да, я понимаю, − коротко ответил эштарец, спешно застегивая рубашку и расчесывая волосы, как когда-то показывала она.

− Он рассказал мне, − призналась Вилия. – Вы оба были героями.

− Это был мой долг, а для него это был подвиг. Твой брат настоящий мужчина, хоть еще и маленький.

− Он будет рад это услышать.