Варвар

− Не буду, − пообещала женщина, поймала его руку и прижалась к ней щекой, заглянула в глаза мужчины и едва не сказала о любви.

Зато он сказал, словно слыша ее мысли:

− Я люблю тебя, странная женщина.

От этих слов внутри у Вилии всё оборвалось. Это было настолько честно, что причиняло ей боль, а мужчина не останавливался, видимо решив выбить из нее остатки души.

− А еще я думаю, что мы можем взять фамилию «Мардо». Мне теперь нужна фамилия, а эта ничем не хуже других.

− Ты готов взять мою фамилию? – ошарашенно спросила Вилия.

− Нет, − возмутился Энрар. – Ты со мной можешь взять фамилию «Мардо».

Это его исправление заставило новые слезы застыть в ее глазах.

− Спасибо! – почти вскрикнула Вилия от осознания и, забывшись, бросилась на шею мужчине. – Спасибо тебе! Спасибо за всё.

Энрар невнятно простонал и осторожно отстранился, криво улыбаясь: всё же тело к подобным нежностям было совсем не готово, но не улыбаться он не мог.

− Если тебе нравится, то так и будет, но завтра, а сейчас мне нужно отдохнуть, − признался он, отводя смущенно взгляд.

− Да, конечно.

− Приходи ко мне, − попросил он. – Мне будет легче, если ты побудешь со мной."

"Он снова обнял ее и поцеловал, буквально обнимая своими обветренными губами ее нижнюю губу, но тут же отступил и ушел с улыбкой на губах.

Вилия смотрела ему вслед и дрожала, касаясь собственных губ ледяными от ужаса пальцами.

− И этого человека ты собралась предать? – внезапно спросил Арон, выходя из своего укрытия за комодом.

Вилия вздрогнула, словно с ней внезапно заговорила собственная совесть, и с ужасом посмотрела на брата.

− Он считает нас семьей, − продолжал Арон, приближаясь. – Он спас мне жизнь, даже не задумываясь. Он любит тебя, а ты хочешь, чтобы его повесили?

− Не хочу, − почти беззвучно простонала Вилия, − но разве ты хочешь, чтобы повесили нашего отца?

− Не хочу, − признался Арон, сжимая губы в тонкие ниточки, − но… Ты или остановишься в своей лжи, или я всё расскажу ему.

− Не говори так, − попросила Вилия дрожащими губами. – Я просто не могу позволить нашему отцу умереть. Пусть лучше повесят меня, чем…

− Нет! – вскрикнул Арон в ужасе, хватая сестру за руку. – Нет, ты не посмеешь сделать что-то подобное!

Весь его гнев на сестру тут же исчез. Он любил Вилию сильнее, чем отца или эштарца.