Вампирский роман Клары Остерман

А потом вдруг закричал Тео:

– Клара!

И пусть фарадалка тянула меня со всей силы, но я неожиданно для самой себя встала как столб, не давая ей меня утащить.

– Клара! – снова позвал Тео, и прежде чем незнакомка кинулась ко мне и закрыла рот ладонью, я откликнулась:

– Тео, я здесь!

Всё, что творилось дальше, – безумие.

Помню яркую вспышку огня и силуэт Тео, поглощённый пламенем. И дикий нечеловеческий вопль. Они сожгли его живьём. Не знаю, не представляю, как вообще всё это возможно, но он сгорел там, в лесу у постоялого двора, и даже писать об этом больно и чудовищно неправильно.

Осмыслить, принять сам факт произошедшего невозможно, недопустимо…

Тогда, в лесу я, поражённая ужасом, так и осталась бы стоять там или, что более вероятно, кинулась на помощь Тео и вместо того, чтобы спасти его (а на что я способна? Что я могла сделать?!), попала в руки Сумеречным Сёстрам или вовсе сгорела там же вместе с ним.

К счастью или к беде, но меня поразил ужас. И горе. Я и до сих пор ощущаю себя скованной болью потери и той бесчеловечной жестокости, отчего в груди всё покрылось льдом.

Фарадалка воспользовалась моим замешательством и буквально силой поволокла по лесу. А я не сопротивлялась и, словно тряпичная кукла, волочилась следом. Не знаю, могла ли она так же ясно видеть в темноте, как и я, но, что удивительно, мы выбрались из леса на дорогу.

– Не останавливайся, – тяжело дыша, проговорила фарадалка. – Тут нас легко заметят.

И она потащила меня за руку дальше, снова в лес, но уже с другой стороны дороги.

На опушке, прежде чем нырнуть в укрытие деревьев, я оглянулась в сторону, туда, где по моим расчётам остался постоялый двор «За ореховым кустом». Небо там посветлело, и я удивилась, что так скоро наступил рассвет. Но уже скоро нас нагнал запах дыма.

– Это что? Пожар? Что горит?

– Не останавливайся, – только и повторила фарадалка.

И мы, подгоняемые страхом погони, ещё долго без устали пробирались по глубоким сугробам. Просто удивительно, как нам хватило сил.

Не иначе как близость смерти сделала нас выносливее. Ну а я успела порадоваться, что надела валенки вместо красивых сапожек, которые хотела взять изначально. Но какие сапожки у нас в Великолесье?

И я думала вот об этом – о валенках, о сугробах, о своём чудесном ночном зрении, но только не о Тео, не о Сумеречных Сёстрах. А запах дыма никуда не уходил.

В какой-то момент, когда силы резко и неожиданно покинули нас, я рухнула прямо в сугроб.