В плену Зверя

И умолчал о том, что Зверь сам попросил его отправить ее подальше отсюда. Чтобы никто не нашел самое слабое место Дамира Зверева."

"– Не хочу, – сглотнув, хрипло признался Зверь, – Но должен. Она носит моего ребенка. Я хочу, чтобы они были в безопасности. А со мной перестало быть безопасно. Нас ждет война и ей в ней не место.

Рустем отвел глаза и хмыкнул:

– Я понимаю.

– Своих тоже спрячь. Вышли их куда-нибудь, желательно паспорта новые сделай.

– Уже.

– Вот и хорошо. Проведал Марту?

– Проведал.

– Что с Жанной?

– С Жанной все, – хмыкнул Рустем, – Змей прислал ее с сестрой разобраться. Хотел, видимо, чтобы это выглядело как разборки родственничков. Внизу два придурка Жанну ждали – как только сделала дело, исчезла бы с концами. Змей не стал бы такую свидетельницу в живых оставлять.

– Она приходила к Марине? Почему я об этом, блять, сейчас узнаю?!

– Потому что ты готовился к бою, – пожал плечом Рустем и успокоил, – Я разобрался со всем.

– Поквитаемся со всей швалью – я тебе лично по шее надаю.

– Ты сначала с кровати встань, – фыркнул Рустем, – истыканный весь в решето.

– Встану, не сомневайся.

– Да я и не сомневаюсь, – он чуть улыбнулся, – ты же Зверь, как на собаке все заживет.

Дамир ухмыльнулся. И не через такое проходил.

– Ладно. Пойду, дела не ждут. Лёню к тебе пришлю. Как только одобрит, домой тебя перевезем.

– Давай. Одобрения Лёни не жди, нечего пацанами рисковать. Сегодня домой поеду.

Рустем кивнул. Знал, что лучше не спорить. Пожал на прощание ладонь и направился к двери. Когда схватился за ручку и уже потянул на себя, Дамир его окликнул.

– Что?

– Присмотри за ней, – после недолгой паузы, словно собравшись с духом, попросил Зверь, – пока я в отключке валяюсь.

– Присмотрю, – помолчав, кивнул Рустем, – Ты только вставай на ноги быстрее, Дамир.

– Разберемся, Рустем. Со всеми поквитаемся.

Рустем кивнул и вышел за дверь. Впереди их ждала настоящая жестокая война, а у него в ней была самая важная задача: присмотреть за обоими этими идиотами, за своей семьей и желательно самому не лишиться башки. И он готов был ради этого на все.