В плену. И после. История одного эльфа

Взгляд тут же зацепился за обнаженные женские прелести — узкую спину, выпирающие лопатки, круглые упругие ягодицы.

Фай шумно вздохнул и уже собрался отвернуться, но тут замер как вкопанный.

Что это? Откуда?

С открытым ртом он уставился на узор старых шрамов на спине Грид. Тело каждого воина со временем превращается в карту сражений — следы от вражеского меча, магические ожоги: редкий солдат может похвастаться гладкой кожей без рубцов. Но шрамы Грид… Такую композицию способно оставить только длинное жало кнута.

Так выглядят спины преступников, которых привязывают к столбу на городской площади и подвергают наказанию. Эти трофеи получены не в бою — Фай мог поспорить на что угодно.

С ужасом и удивлением он смотрел на паутину белых бугров, и они напоминали ему червей. Толстых длинных червей с узловатыми телами. Грид не просто избили — ее избили с особой жестокостью. На месте этих шрамов когда-то была ужасная рана, настоящее кровавое месиво.

— Ты была в плену или… — Он заговорил, прежде чем успел сообразить, насколько неуместен его вопрос.

Не всякую душевную рану стоит бередить, не каждое воспоминание — вытаскивать на свет. Ему ли не знать? Есть вещи, говорить о которых не хочется. Вещи, о которых даже думать невыносимо.

Но слова уже вырвались, и отступать было поздно.

Грид, успевшая к тому моменту одеться, обернулась и взглянула на Фай с недоумением.

— Ты о чем?

Несколько секунд она растерянно хлопала ресницами, а потом по ее лицу пробежала тень.

— Ах, это. — Грид оглянулась через плечо, словно пытаясь рассмотреть собственную спину, прикрытую кофтой.

— Не бери в голову. Это всего лишь испытание болью. Часть обучения будущих воинов-химер.

— Что? — Настала очередь Фая непонимающе хмурить брови.

— Испытание болью, — повторила Грид подчеркнуто равнодушным тоном, но от взгляда Фая не укрылась зябкая дрожь, пробежавшая по ее плечам. — Воинов-химер учат быть неуязвимыми, и для этого искусственно повышают болевой порог.

— Пытками? — Он не верил своим ушам.

Грид пожала плечами.

— В военной академии Ошиаса чего с нами только ни делали. Когда боль — часть твоей жизни, она становится обыденностью, и ты больше не боишься физических страданий. Потому что готов к ним. Потому что приучен к боли и знаешь, как ее выдержать. Тут ведь как. Страшит неизвестность, а чего бояться химере, которая прошла через все возможные истязания? Вряд ли найдется пытка, способная меня напугать. Кнут — мелочь. Иголки под ногти — куда неприятнее.