В конце они оба умрут

Я психанул. Я чувствовал, что будущего у меня нет, еще до того как Отдел Смерти кинул мне в руки гранату. У меня всегда были дерьмовые оценки. Мне почти восемнадцать. Тебя я потерял. Я сходил с ума, потому что не знал, что мне делать. Я чувствовал себя полным ничтожеством, и Пек примерно об этом всем трепался.

– Ты не ничтожество, – говорит Эйми и, еле заметно дрожа, подходит ко мне, но уже не боится. Она берет меня за руку, и мы садимся на диван, как в тот раз, когда она сказала, что съезжает из Плутона, потому что у ее тети по маме завелись деньжата и теперь она может взять племянницу к себе.

А потом Эйми со мной порвала. Ей хотелось начать все с чистого листа со жлобом, с которым она училась в начальной школе. С Пеком. – Наши отношения уже не имели смысла. И врать сейчас об этом тоже бессмысленно, как ты уже заметил. Даже в день твоей смерти. – Она держит меня за руку и плачет. Я сомневался, будет ли она это делать, настолько злая она сюда влетела. – Я больше не вижу нас вместе, но это не значит, что не люблю тебя. Ты был рядом, когда мне надо было закатить истерику или сорвать на ком-то злость. Ты делал меня счастливой, когда я уставала от ненависти ко всему живому. Ничтожества не могут вызывать столько эмоций. – Она обнимает меня и кладет подбородок мне на плечо точно так, как клала, когда хотела отдохнуть и посмотреть очередную историческую документалку.

Я прижимаю ее к себе, потому что сказать мне больше нечего. Хочу поцеловать, но неискренность мне сейчас совсем не нужна. Эйми совсем близко, и я отодвигаюсь, чтобы увидеть ее лицо.

А вдруг она тоже думает об этом последнем поцелуе? Эйми смотрит мне в глаза, я подаюсь вперед…

В гостиную заходит Тэго и закрывает рукой глаза.

– Блин! Простите!

Я отстраняюсь.

– Ничего, все нормально.

– Нужно устроить похороны, – говорит Тэго. – Но ты не торопись. Это твой день. Прости, то есть не твой день, это же не день рождения, а наоборот. – У него снова начинается тик. – Я сейчас всех позову. – Тэго уходит."

"– Не хочу отнимать тебя у остальных, – говорит Эйми.

Она не размыкает объятий до тех пор, пока все остальные не заходят в гостиную.

Мне нужно было обнять ее. Я жду того мига, когда уже после похорон мы с плутонцами обнимемся нашим особым плутонским объятием.

Я остаюсь сидеть посередине дивана. Каждый вдох дается с таким трудом, это жесть. Малкольм садится слева от меня, Эйми – справа, а Тэго пристраивается у моих ног. Пек близко не подходит. Играет во что-то на телефоне Эйми.