В глухих лесах

Он хотел последний раз поговорить с ней.

— В последний раз?! Он так и сказал?

Кэрол пожала плечами.

— Не знаю. Не помню. Кажется, он особенно не делал акцентов… В общем, сегодня он собирался к ней. Я думала, что он уже вернулся домой, и поэтому…

Пол кивнул и быстро огляделся. Заметив на столе в библиотеке телефон, он бросился к двери.

Кэрол безучастно наблюдала, как он набирает номер. «Наверное, в спецотдел полиции», — мелькнула мысль.

— Дэйли? Это Пол Миллер. Я уверен, что убийца — Уоррен. Судя по всему, он вот-вот сорвется.

Сейчас он должен возвращаться из Вермонта. Я думаю, что будет целесообразно перекрыть все дороги из Рутланда…

Миллер неожиданно смолк, видимо его перебили на том конце провода. Кэрол заметила, как вытянулось лицо Пола и побледнели его щеки.

— Когда это случилось? — спросил он.

Минуты две Пол внимательно слушал, потом, обронив короткое «пока», положил трубку.

Кэрол хотела спросить, что случилось, но он опередил ее.

— Кэрол, куда еще он мог поехать? Если не домой… то куда?

В конце концов, он не обязан ей отвечать.

Да она и сама по его глухому, нетерпеливому голосу могла догадаться о том, что произошло.

Ни секунды не колеблясь, Кэрол ответила на его вопрос…

Глава 34

У домика на обочине кольцевой дороги стоял только старенький джип. Серебристого «ниссана» Томми нигде не было видно.

— Его здесь нет, — сказала Кэрол.

— А чья это машина?

— Должно быть, оценщики с аукциона. У них свои ключи.

Два часа бешеной гонки к дому, в котором раньше жил Пит Уоррен, совсем выбили Кэрол из колеи.

Голова раскалывалась на две, пять, десять частей, голос Миллера долетал до нее глухим, неразборчивым эхом со дна глубокого колодца.

Лишь в висках четко и ясно выстукивали слова Пола: в Хантингтоне в шесть часов утра медсестра вернулась домой. Ей повезло: она была у своего друга… Ночью кто-то ворвался в квартиру, которую она снимала вместе с четырьмя подругами… Три из них мертвы, четвертая еще жива, но шансов почти никаких…

Миллер остановил машину на стоянке перед домом.

Кэрол огляделась, вдруг увидит Томми! В то же самое время она надеялась на обратное. Она молила Бога избавить ее от этой сцены. Лишь одна мысль о том, что он, улыбаясь — сама невинность! — появится сейчас из-за какого-нибудь поворота, где стоит его машина, бросала Кэрол в холодный пот.

Парадная дверь открыта. В гостиной двое мужчин в креслах-качалках, на полу разбросана бумага…

Один из мужчин поднялся ей навстречу.

— Вы, должно быть, мисс Уоррен.

Он представился.