Чувства навыворот

— Да! Вернуть твою мать было вопросом жизни и смерти, если ты об этом!

— А сына вернуть не хотите?

— А сына я и не терял! Сам придет, когда перебесится!"

"Едва глава города успел закончить фразу, дверь квартиры резко распахнулась. На пороге, уперев руки в косяки, грозно возвышался Вячеслав.

Его лицо напоминало теперь равнодушную непроницаемую маску.

Словно он отгородился от всего и от всех, дабы окончательно не свихнуться.

Скользнув ленивым взглядом по присутствующим, парень сосредоточил все внимание исключительно на ней.

Сжав губы в тонкую линию, Красницкий в несколько шагов преодолел разделяющее их расстояние и, мертвой хваткой вцепившись в хрупкое запястье, решительно потянул ее на выход.

— Идем! — велел тоном диктатора.

— Что? — она инстинктивно уперлась пятками. — Куда?

— Подальше отсюда! Мы уходим!

— Я не пойду…

— Конечно, пойдешь!

— Отстань, придурок! — Синицына попыталась укусить его, когда поняла, что не может вырвать из захвата свою руку.

Он внезапно остановился. Склонился к ней так близко, что опалил кожу горячим дыханием, вынуждая трепетать от страха и волнения.

— Либо что?

— Либо вали отсюда на хрен! И забудь, что между нами что-то было!

Где-то за их спинами испуганно воскликнула Александра Николаевна.

А Красницкий-старший попытался сгладить острые углы:

— Хватит! Успокойтесь оба!

— В своей жизни порядок наведи, Александр Борисович, — бескомпромиссно прервал его сын, — а я уж с Синичкой как-нибудь сам разберусь!

Пользуясь ее секундным замешательством, молодой человек все же вытолкал Ирину в подъезд и плотно прикрыл за собой дверь.

— Ты моя! И я тебя забираю!

— Отлично — забирай! Условия ты знаешь!

— Какие еще условия?

— Извинись перед моей мамой!

— За что?

Она буквально задохнулась от подобной наглости.

— За свои мерзкие слова!

— Я просто назвал вещи своими именами…

— Нет! Ты намеренно унизил ее!

— Она кувыркается с женатым мужиком и уводит его из семьи! — от равнодушия на его лице не осталось и следа. — Как я должен был ее назвать?

— Никак! — раздраженно ткнула пальцем прямо в его грудь. — В том-то и дело. Никак.