Узник страсти

 – Это всего лишь царапина, – произнес Джон. – Не более полудюйма в глубину!

– Ах, мистер Здоровяк, – покачал головой Стогамбер. – Если бы не этот кожаный жилет, прикапывать пришлось бы вас! Этот нож вонзился бы вам прямо в сердце! Мне еще не доводилось встречать такого мужественного человека, как вы! А в придачу и такого самоуверенного! С чего вы взяли, что я доложу на Бау-стрит, что Сторневей не имел к ограблению никакого отношения?"

"– А с чего вы взяли, что он имел к нему отношение? – поинтересовался вернувшийся с башмаками капитана Черк.

– Я этого не видел, зато слышал два выстрела, что отлично помню! – заявил Стогамбер. – Но я вас не виню, потому что уверен: он пытался всадить пулю вот в этого здоровяка. Однако застреливший его пистолет принадлежит вам, а не Коуту!

Черк покачал головой.

– Вы услышали эхо, – произнес он. – Вот здорово! Вам так хочется надеть на меня манжеты?

Стогамбер с шумом втянул воздух через нос.

– Нет, разбойник, я не собираюсь вешать на тебя убийство, потому что, во-первых, обязан тебе жизнью, а во-вторых, предпочитаю видеть убитым этого олуха, а не Здоровяка! Но вам не удалось убедить меня в том, что мистер Генри Сторневей невиновен и наивен как овечка, ведь я знаю то, что знаю, а это чего-то стоит!

– Да катись ты! – порекомендовал раннеру Черк. – Как по мне, так…

– Хватит! – властно произнес капитан, с трудом впихнув в башмак распухшую ногу.

– Один из них открыт, – заметил Черк. – Это сделал ты, Солдат?

– Да, его открыли мы со Сторневеем, чтобы посмотреть, что внутри. Но мы не ломали ни пломбу, ни замок. Впрочем, кто-то открывал его до нас, хотя мне показалось, что все мешки на месте. Взгляните!

Обежав взглядом сундуки, мистер Стогамбер благоговейно произнес:

– Все цело! Все шесть сундуков тут! Слава богу! И из этого тоже как будто ничего не пропало.

– Будь я проклят! – воскликнул Черк. – Теперь вы взяли себе в вашу тупую башку, будто Солдат воришка, или как? Подобная ерунда уже ни в какие ворота не лезет! Может, вы хотите, чтобы и я карманы вывернул?

– Ни одного из вас я ни в чем таком не обвиняю, – произнес Стогамбер, осторожно закрывая сундук.