Умри в одиночку

Похоже, там убежище. Будут искать вход…

– А мы, значит, подсобные рабочие?

– Большая часть отряда – подсобные рабочие… Четыре человека в поиске… Ещё четверо в другом поиске. Гойтемира гонят…

– Без тебя догонят?

– Догонят. Хотя со мной было бы проще…

– Ну-ну… – капитан опять положил руку на карман, из которого сигареты доставал, но тут же резко убрал её… – Нет… – сказал сам себе тоном, каким обычно к боевикам обращаются. – Нет, я сказал…

* * *Спуск длился недолго, хотя и не был лёгким, как могло бы первоначально показаться.

Даже самому капитану Матроскину думалось, что здесь, при отсутствии снега, спускаться будет легче. Но легче спускаться было только на тех участках, где мелкие камни землю скрепляли и нога не скользила. Во всех других местах нога вязла во влажной, оттаявшей, но ещё не просохшей земле. Капитан сделал справедливый вывод, что, если Гойтемир летать не научился, в чём вполне обоснованно он сомневался, и при этом не желал следов оставлять, он как раз и должен был выбирать для спуска участки с каменистой землёй. Но даже каменистая земля, которая не держала влагу цепко, всё же полностью сухой не была. И следы на ней искать следовало.

– Есть, товарищ капитан… – доложил один из солдат. – Прошёл кто-то… Крупный след… Солидный дядька…

– Направление лови… Ищи следующий след… – скомандовал Матроскин, уловил направляющий знак солдата, сразу ориентируясь от его месторасположения и устремляясь ниже к другому каменистому месту.

Правда, спускаться теперь пришлось напрямую, чтобы сохранить время, на скользкой поверхности это было пусть и не слишком опасно для жизни, но опасно, по крайней мере, для чистоты костюма или рук.

Оберегая свою «камуфляжку», Матроскин трижды опирался руками о почву, а потом на ходу счищал с ладоней удивительно липкую грязь здесь же сорванными ветками молодых ёлок. Тем не менее спуск дал возможность сразу сократить сектор поиска, потому что капитан быстро нашёл свежий отпечаток большой ноги. Но тут же и остановился, заметил там, где он должен был бы, согласно логике, пройти, между камнями тонкую полоску. Матроскин хорошо знал, что эта полоска значит. Только задень камень каблуком – и прыгай сразу в сторону, если успеешь сообразить. А не успеешь, твоя вина. Твоя вина будет даже тогда, когда прыгнуть успеешь с опозданием, потому что в «растяжках» часто можно встретить гранаты, у которых выковыряли порох в замедлителе, и он взрывается сразу, как только чека высвобождается.