Укрощение строптивых (СИ)

Я, конечно, была не голодна, но есть шоколад в тихушку, хотя, если бы он ел при мне, а я наблюдала, было бы не лучше. Я не стала заострять на этом внимание. Пригласила мальчика за парту, сама села напротив. Естественно, парта была мне маловата, и стульчик тоже, но не критично, все мои конечности влезли куда надо.

—  Ну, рассказывай! —  сказала я, сложив ручки под подбородком.

—  Дважды два – четыре, дважды три – шесть, дважды четыре – это восемь….

Понятно, по хитрым глазкам этого мальчишки было ясно, что про планы его братьев, меня и Адемира четвёртого я ничего не узнаю.

Значит, зачем-то я нужна им во дворце, причём чем ближе к правящей семье, тем лучше. А ещё меня смущает, что моё имя постоянно ставят рядом с именем местного короля. Он, конечно же, няшка ещё та, но на мой вкус слишком много тараканов у него в голове, причём таких, с которыми я точно не смирюсь.

Я сделала вид, что заскучала, рассматривая свои ногти, подметила, что Эллиот тоже устал тарабанить мне таблицу Пифагора.

—  Девятью десять – девяносто.

Я опять сложила руки под подбородком и мило так уставилась в глаза моему подопечному.

—  Раз, два, три, четыре, пять,

Вышел зайчик погулять…. —  завёл он новую пластинку.

Я опять начала рассматривать свои ногти, интересно, что будет следующим? А следующим было:

—  Три девицы под окном….

А вот тут я внимательно смотрела на мальца, неужели всё расскажет? Но малец остановился на:

—  Я б для батюшки-царя родила богатыря! —  после этих слов мальчишка остановился и зло на меня посмотрел.

—  Молодец! Умный мальчик. Может, споёшь?

—  Я не умею.

—  А я научу.

—  Ну вот мы и позанимались, я пошёл, — он вроде как подскочил, чтобы выбежать из комнаты, но мне нужно было вытянуть из него хоть какую-то информацию. Поэтому я сказала:

—  Я так понимаю, ты мне ничего не расскажешь про план твоих братьев поженить меня и твоего отца?

Об этом нетрудно было догадаться исходя из всего, что со мной произошло.

—  Ну и не надо. Лучше расскажи милый мой, СЫНОЧЕК, кто тебя научил писать, считать, и откуда ты Пушкина знаешь?

—  Что, я палку перегнул? — спросил он.