Уходи! И точка...

— Пора тебя из Будды в Шамана переименовывать!

— Чего это? — не догоняю я и заглядываю в бардачок — вдруг он не забыл и сегодня коньяк для меня купить?

— Сзади. В пакете, — кивает в салон. — А потому, Антоха, что каждая твоя победа теперь заканчивается вот таким ураганом! Будет прикол, если и Свят нам послезавтра цунами какое-нибудь забабахает!

— Ох, чует мое сердце, цунами сейчас будет ждать меня дома…

— Это такое миленькое и с косой?

Ржем вместе. Губа снова кровит.

— Так ей и не сказал, что сегодня снова драться будешь?

— Нет, не сказал. Она в прошлый раз перед боем полночи надо мной рыдала, как будто на фронт провожала!

Коньяк достал, но пить почему-то вдруг расхотелось — мало того, что снова вся морда в гематомах, так еще и перегаром на неё дышать! Не-е, что-то настроения нет!

— А, между прочим, — усмехается Игорь, паркуясь у ворот моего дома. — Агния на тебя очень хорошо влияет. Бой был тяжелый, а ты спокоен, как удав! И даже не нажрался, как раньше!

— Вот думаю, может, жениться…

— Он ещё думает! Хватай девчонку, пока она согласна, и в ЗАГС тащи, а то уведут!

— Кто? Я им уведу! Я им ноги пообломаю! Ты видел возле неё кого-то! Рассказывай! Свят, да?

— О-о-о, я только порадовался твоей адекватности, а ты снова за старое.

Пожимаем друг другу руки.

"В доме, где живут пацаны, темно. Свят с Семенычем уложили наших бойцов по режиму. В моем доме тоже ни огонька. Может, заснула? Няньку, нанятую на время её болезни, пришлось уволить — во-первых, у меня на неё не было средств, а во-вторых, Агния решила, что я ей не доверяю ребенка… Поэтому ей нелегко сейчас приходится — за Аликом смотрит, по дому шуршит — даже готовит для нас сама! Может, устала и уснула, пока ждала?

Точно, дежавю! Она стоит в прихожей у окна, ровно на том же месте, где в ту ночь стоял Дикий.