Убийца поневоле

Начиная с 1985 года он ждал разрешения на выезд, но КГБ очень не хотел его выпускать. Тянули сколько могли, но в прошлом году все-таки дали ему разрешение. Казалось невероятным, что человек тринадцать лет занимался наукой подпольно, будучи оторванным от библиотек, лабораторий, экспериментальной базы. Но на всякий случай решили за ним присмотреть, дали команду нашей резидентуре в Израиле, а они сообщили, что Михаил Маркович Штейнберг прошел таможенный контроль и куда-то пропал. Его видели выходящим из здания аэропорта вместе с мужчиной, который по описанию был весьма схож с одним хорошо известным нам иностранным разведчиком.

«Завтра приедет Денисов за телом сына, — думала Настя. — Как я буду смотреть ему в глаза? Попросила о небольшой услуге, а чем кончилось? Господи, как мне больно. Ведь я знала Бокра всего три недели, каких-нибудь три недели, а мне так больно, словно я потеряла близкого человека.

— …Сейсмическое оружие, — продолжал вещать Гришин, — в среде религиозных фанатиков может играть важную политическую роль. Вызов искусственного землетрясения в заранее предсказанное время и в заранее предсказанном месте — это мощное средство влияния на голоса избирателей…

Она пожалела, что не села за стол для совещаний, а осталась в своем любимом кресле в углу кабинета. Если бы она сидела за столом, то можно было бы незаметно для окружающих снять тесные туфли, ногам бы стало полегче.

— Мы предполагали, что для работы Штейнбергу понадобятся некоторые редкоземельные металлы в очень небольших количествах. Знаете ли, газопоглотители, специальное стекло и так далее. Но мы никак не могли отследить канал, по которому подпольная лаборатория получает эти металлы. А вы, расследуя убийство работника милиции Малушкина, совершенно случайно этот канал нащупали.

«Их не интересует молоденький Костя Малушкин, — внезапно поняла Настя. — Им нет дела до его родителей и братьев. Что для них Костя? Пустое место. Им важно, чтобы килограмм какого-то поганого металлического порошка не покинул пределы нашей великой державы. Им важно, чтобы в какой-то далекой мусульманской стране к власти не пришли силы, враждебно относящиеся к нам.