Убийца поневоле

«Любой среднестатистический мужик давно бы уже послал меня вместе с моими «примочками» по отдаленному адресу. И как только Лешка меня терпит? Кажется, я употребила одно из словечек Бокра. Надо же, как быстро они прилипают».

— А в чем проблема? — спокойно поинтересовался Чистяков.

— Я все время смотрю одну запись, и она мне почему-то не нравится. Я не могу понять, в чем дело. Но я смотрела ее уже столько раз, что у меня глаз «замылился». Нужен свежий взгляд.

— Например, мой?

— Например, твой. Поможешь?

— Куда ж я денусь, — шутливо вздохнул он.

— Леша! — с упреком сказала она. — Никакой он не уголовник. Это все в прошлом. Бокр очень симпатичный человек.

— Ага, ужасно симпатичный, — подтвердил Леша. — Маленький такой, страшненький, нос кривой, глазки закатывает и при этом еще повизгивает. Ричард Гир пополам с Полом Ньюменом. Ну и кое-что от Фернанделя. Кстати, что-то он сегодня не приходил. Прогуливает?

— Он придет в одиннадцать, а сейчас еще только без десяти десять.

— В одиннадцать? А почему не в час ночи? Не в два? Пусть бы он оставался у нас ночевать, раз уж он такой симпатичный человек.

— Перестань, пожалуйста, — ответила Настя, с трудом сдерживая злость. — У моей работы есть свои издержки, и я буду тебе чрезвычайно признательна, если ты сумеешь с ними мириться.

Леша всегда легко уступал, если вопрос не казался ему принципиальным. Это его качество было весьма ценным, если учесть нелегкий характер его подруги Анастасии Каменской.

— Просто он мне не нравится, вот и все. Может мне кто-то не нравиться, или я обязан любить всех подряд? Меня прямо бесит, когда вы с ним хохочете как ненормальные. Со мной ты никогда не бываешь такой веселой.

«Я идиотка, — со злостью подумала Настя. — Он же ревнует, а я ему мораль читаю. Господи, ну почему же я не умею быть деликатной, почему все время обижаю людей? Определенно, во мне есть какой-то моральный дефект».

— Зато с тобой я бываю любящей.

Они уселись рядышком на диван и стали всматриваться в экран телевизора. Для чистоты эксперимента Настя попросила Лешу просмотреть несколько эпизодов подряд, до сцены в Конькове и после нее.

— Ну что? Тебе не кажется, что в коньковском куске есть что-то такое, что отличает его от всех других?

— Нет, — Леша пожал плечами. — Я ничего такого не заметил.

— Фокус не получился, — огорченно констатировала она.