Убийства на Чарлз-стрит. Кому помешал Сэмпсон Уорренби?

Каким-то способом, оставшимся мне неведомым, миссис Хаддингтон проведала о подробностях самого вопиющего проявления этих… отклонений. Цена ее молчания исчислялась не в деньгах, это был пропуск в общество, ключом от которого владела моя супруга.

– Когда вы это обнаружили, сэр?

– К несчастью, с большим опозданием.

– Вот именно. Фактически только после убийства Сэтона-Кэрью?"

"– Это произошло недавно, – уточнил Паултон.

– Мистер Паултон, я надеюсь, что вы не против закончить этот фехтовальный поединок? Мне известно гораздо больше, чем два дня назад.

Он напоролся на взгляд, близкий по остроте и пронзительности к скальпелю хирурга.

– Вы располагаете доказательствами?

– Таким, например, доказательством, как обнаруженный в квартире Сэтона-Кэрью кокаин. У меня также есть доказательства того, что леди Нест была не единственной его жертвой.

– Ясно. – Паултон помолчал.

– В этом и заключалась власть миссис Хаддингтон над вашей женой, сэр?

– Нет.

– Когда вы обнаружили, что леди Нест… принимает это вещество, сэр?

– После убийства Сэтона-Кэрью и вашего визита в мой дом. Как много из того, что я вам говорю, вы намерены предать огласке?

– Зависит от обстоятельств, сэр.

Паултон усмехнулся:

– Я не убивал миссис Хаддингтон, поэтому надеюсь, что «обстоятельства» не возникнут. Моя жена была потрясена смертью Сэтона-Кэрью.

– Вы знали, что это был Сэтон-Кэрью?

– Узнал только вечером во вторник, когда его не стало.

– Леди Нест открыла вам, что миссис Хаддингтон ее шантажировала?

– Да. – Паултон посмотрел на Хемингуэя. – Вчера я явился к миссис Хаддингтон, чтобы сообщить, что обладаю всеми фактами о том давнем скандале и без колебания доведу их до сведения полиции. Мне совершенно незачем было убивать ее. Я этого не делал. Это все, что я могу сказать.

– В котором часу вы ушли с Чарлз-стрит, сэр?

– Без пятнадцати семь. Я следил за временем, потому что спешил на самолет.