Ты будешь моей

Его руки заскользили по моему полуобнажённому телу и наконец полностью опомнившись, я задергалась в его руках, в попытке отстраниться, но он лишь усилил хваткую.

— Не надо, пожалуйста, — липкий страх окутал тело, я словно снова вернулась в прошлое, туда, где меня держали, не позволяя вырваться. — Матвей, — он не слышал меня, продолжал целовать, спустившись ниже, зубами отодвинул чашечки лифа, одновременно с тем расстегивая пуговицу на моих джинсах. — Отпусти, отпусти меня, пожалуйста, — меня охватила паника, из глаз брызнули слезы, я заколотила кулаками по его плечам, задергалась, вырываясь из хватки.

— Нет, не надо, не надо, я не хочу…

Истерика практически поглотила меня, когда хватка наконец ослабла. Взглянув на меня потемневшим взглядом, Матвей резко опустил меня на кровать.

— Лара, — попытался приблизиться, коснуться.

— Не трогай меня, слышишь, — давя приступ подступившей тошноты, и пятясь назад, я закричала, что было мощи. — Не подходи.

Его взгляд сейчас метал молнии, на скулах играли желваки, ладони были стиснуты в кулаки и сейчас я боялась его сильнее, чем когда-либо прежде.

Сильнее, чем в тот день, когда он зажал меня у стены в приемной.

— Не подходи, — прохрипела, кутаясь в покрывало. — Не подходи, — повторяла в каком-то трансе, пока не раздался громкий хлопок и я не обнаружила, что в комнате нахожусь одна.

Глава 13

Матвей"

"Черт! Черт! Черт! Да что на тебя нашло, идиот. Долбаный ты кретин. Ни разу в жизни, сука, ни разу я не терял контроль, а с ней, в ней все иначе. Весь мой мир с ног на голову перевернула, все принципы и убеждения разбились в дребезги.

Только она имела значение. Впервые за все то время что я бился головой о стену безразличия с ее стороны она наконец сама потянулся, сама, блядь. Как долго я ждал, как сильно хотел, чтобы она смотрела на меня так, как смотрела на Макса, и она посмотрела, впервые за долгое время посмотрела. А что сделал я? Похерил все за каких-то десять минут. Сам не понял, как это произошло, мне крышу снесло уже тогда в вертолете, когда увидел ее восторженный взгляд, когда она прижималась ко мне, обнимала. Сама! Я ни хрена не планировал, даже мысли не было заходить дальше поцелуя, хотел подразнить, а она ответила и меня повело, тормоза отказали на прочь, все мысли из башки вылетели. Осталась только она, моя малышка, совершенно не умеющая целовать, но так страстно отвечавшая на поцелуй. И все, привет, в глазах потемнело, ни черта не соображал, все как в тумане. Очнулся лишь, когда до слуха донеслись крики.