Тульский детектив

– Ах, да, нельзя упускать ни одной детали, помню. – спохватился Иван и спросил:

– А меня Вы в какую категорию внесёте?

– А у тебя были причины желать смерти капитана Медведева или госпожи Мглевской? – нарочито строго спросил пристав.

– Не знаю, не знаю… Может, допросить самого себя? – задумчиво сказал Иван.

Полицейские рассмеялись.

– Пока не поговорим с доктором, мы в тупике, – уже серьезно сказал Иван.

– Я не думаю, что мы в тупике. У нас уже много информации, просто мы пока не понимаем с какой стороны на неё правильнее смотреть, – возразил Столбов.

 – Сейчас достаточно небольшого толчка, чтобы картина преступления ясно сложилась в нашем представлении. Нужно побеседовать с доктором, это может стать тем самым решающим моментом в расследовании. Потом мы для ускорения процесса разделимся – Истомин нас с тобой ждать не будет. Ты поедешь и опросишь конюха. Не думаю, что там мы что-то новое узнаем, но нужно собрать все детали, даже самые незначительные. А мне уже давно пора побеседовать с госпожой Мглевской, которая является видимой причиной убийства. Может, всё совсем просто и прав окажется господин судебный следователь.

– Я уверен в невиновности Михаила, – ответил Иван. – Мы – его надежда.

Чтобы забрать сестру, Ивану нужно было пересечь город. Трегубов поехал в сторону Троицкой улицы и Пулковского моста, выстраивая в голове различные версии убийства, а затем критически их разрушая. После того, как Иван подъехал к трехэтажному дому Гречихиных, его размышления были прерваны появлением Канарейкина.

Николай вышел из бакалейного магазина, расположенного на первом этаже, в сопровождении господина лет тридцати пяти, одетого опрятно, но заметно бедно.

– Николай! – окликнул его Иван.

Канарейкин удивленно оглянулся, а от внимания Трегубова не ускользнуло, что спутник Николая напрягся при виде конного полицейского. У него было широкое лицо азиатского типа, но ярко голубые, слегка раскосые, глаза, которые пристально наблюдали за Иваном.

– Привет! Как дела? Коля, ты собирался ко мне зайти? – теперь Трегубов увидел, как напрягся и Николай.

– Привет, Ваня. Это мой одноклассник по гимназии, – пояснил Канарейкин своему спутнику, – не представляя того Трегубову. – Знаешь, я, действительно, закрутился. Обязательно к тебе ещё заскочу. А сейчас, извини, спешу. Софье от меня привет передавай.

– Хорошо, я как раз еду её забирать от тетки. Заходи обязательно. Хочу с тобой поговорить.