Цыганка

Той ночью она довела меня до слез, заставила мои ноги плясать, а сердце — петь. И как любой другой мужчина в городе, я был очарован ее мужеством, талантом и красотой.

Тернбол повернулся к Бет, давая ей знак выходить на сцену.

Он взмахнул руками и повысил голос:

— А теперь позвольте представить вам нашу драгоценную, известную на весь мир Бет Болтон, Цыганскую Королеву Клондайка!

Под шквал аплодисментов Бет вышла на сцену со скрипкой в руке и поклонилась огромной толпе. Как в старые добрые времена, она начала выступление с «Китти О’Нейл», и в толпе вмиг вспыхнули улыбки.

Затем она сыграла «Дни “49”», старую «Жигу Калифорнийской золотой лихорадки» и «Девушку из Гленши».

Потом Бет сделала паузу, и публика взорвалась овациями. Взмахом смычка заставив их замолчать, Бет обратилась к присутствующим с речью."

"— Следующее произведение я написала сама, — сказала она. — Надеюсь, вы услышите в нем метель, бьющую в лицо на Чилкутском перевале, пилы на озере Беннет и почувствуете радость, которую мы испытали, отправляясь в плаванье после ледохода.

Вторая часть посвящена горю, которое я пережила после смерти моего брата, и красоте Юкона весной. И наконец я поделюсь с вами весельем Доусона, ожидавшим нас в конце пути.

Работая на участке Оза, Джек не раз слышал, как Бет играла что-то очень красивое. Он считал, что это классическое произведение, и все собирался попросить ее сыграть его.

Теперь, когда она заиграла, Джек понял, что это та самая мелодия. С первыми до боли красивыми, пробирающими душу звуками он вспомнил Чилкутский перевал.

Он шел вперед и вверх, борясь со снегом и ветром, согнувшись почти пополам под ношей, и тащил за собой сани. Бет удалось отразить в своей музыке отчаянье, усталость и страх, через который прошли все путешественники. Но Джек помнил, что во время восхождения, когда она оборачивалась, чтобы посмотреть на него, Бет всегда улыбалась.

В отрывке, посвященном озеру Беннет, чувствовалась веселая насмешка, и он заметил, что многие старожилы переглядываются и улыбаются, вспоминая свои жаркие споры.

Все присутствующие, независимо от того, каким путем они сюда добрались, разделили с Бет ее радость во время отплытия. Ведь ей удалось воспроизвести и веселые звуки рожков, и трепет ветра в парусах, и даже теплые солнечные лучи, греющие им спины.

Быстрый, неимоверно сложный отрывок отразил страх и тревогу, охватившую их на порогах каньона Майлз. Он плавно сменился панихидой по Сэму.