Цербер для непокорной

Догадаться, для чего и для кого оно предназначено, не составило труда. Я долго им любовалась, а затем надела на безымянный палец. Легла спать, а уже утром проснулась замужней дамой. Оказалось, что Фарид не просто мужчина слова и дела, а всегда получает то, что он хочет, в кратчайшие сроки.

Эпилог

Пять лет спустя"

"Впервые за все эти годы чувствую настоящее удовлетворение, ведь Богдан, наконец, вернулся на родину, решив вопрос с двоюродным братом Фарида – Игнатом. И пусть не сразу, а только потому, что бывший начальник Богдана вдруг смягчился и решил сам разобраться в той давней ситуации, о подробностях которой я так и не узнала, но главное, что теперь все в нашей семье хорошо.

– Мама, – кричит непоседа Дина, подбегая и оглаживая мой пузатый живот. – Папа приехал!

Улыбаюсь, а затем встаю с кресла и иду к выходу – встречать любимого мужа. И как только дверь открывается, наша дочь тут же с разбегу прыгает на своего отца и повисает на нем, словно обезьянка. Я же иду вразвалочку и подхожу медленнее, но почти сразу же попадаю в родные объятия.

– Как вы? Все хорошо? Принцесса не хулиганила? – игриво подмигивает Фарид.

Дочь же насупливается и притворно выпячивает нижнюю губу. Явно хочет какой–то подарок, а лучший способ раскрутить папу на игрушку – обидеться на него.

– Что купить? Куклу? – тут же просекает Галаев, и Дина сразу же сияет.

– Да, хосю ту, лозовую, – закатывает в предвкушении она глаза, а затем, нанежившись в объятиях отца, замечает во дворе через окно нашего пса Пушка и тут же выворачивается из его рук и выбегает с гоготом во двор.

– Ее бы к логопеду записать, – вздыхаю, поглаживая живот.

На сносях я уже девять месяцев, так что со дня на день ожидаются роды. Жду не дождусь уже этого момента – соскучилась по младенчику, все же Дина растет, больше внимания уделяет любимому папе.

– Привезем к нам, – упрямо качает головой Галаев, на что я лишь закатываю глаза, хотя в душе ни капли не удивлена.

Он безбожно балует нашу дочь, казалось, компенсируя все то время, что не мог проводить с ней, пока она была в моей утробе.

– Ты слишком балуешь ее, она уже села тебе на шею, – поджимаю губы, надо же быть кому-то в нашей семье плохим копом.

– Шея вроде крепкая, – с притворным недоумением трогает заднюю часть под волосами и улыбается. – На всех хватит. И на нашего второго тоже.

Подходит ближе и поглаживает меня по животу, встает на колени и, приподняв мою кофту, целует, прислоняется ухом и прислушивается к чему–то.