Трудное счастье

Она принялась весело приплясывать перед нами, все время напевая:

«Берегись, берегись мартовских ид!..»

Хайсон сказала:

— Иногда Ловелла ведет себя как малый ребенок. Она часто повторяет одно и то же слово.

— Кажется, ей вообще нравится предостерегать людей, — заметила я. — Помню, не так давно она сказала мне: «Берегись оползней».

— Мое последнее предостережение нравится мне больше, — откликнулась Ловелла. — В Корнуолле редки настоящие обвалы, оползни, а вот иды встречаются на каждом шагу. Жаль, что они бывают только в марте, а сейчас на дворе июль.

— Моя сестра — полная невежда, — презрительно вставила Хайсон и процитировала:

— «Март, июль, октябрь, май — иды выпадают на пятнадцатый день».

Ловелла остановилась как вкопанная.

— Так что же такое эти иды?

— Просто даты, глупышка. Вместо того, чтобы говорить «пятнадцать», римляне говорили «иды».

— Только и всего? — Ловелла была явно разочарована. — Такое замечательное слово. Я решила, что это какие-то ведьмы или… привидения. Непонятно, как можно остерегаться какого-то числа?

— Думаю, если бы тебе предсказали какое-нибудь несчастье, которое должно произойти именно в этот день, то иды, пожалуй, пострашнее ведьм и привидений.

— Да, — медленно и задумчиво сказала Ловелла. — Действительно.

Мы подошли к коттеджам. Как обычно, старый Джесси сидел на пороге своего дома. Поравнявшись с ним, я сказала:

— Добрый день, Джесси. Это я, миссис Пендоррик. Я заметила, что до этого спокойно лежащие на коленях руки старика вдруг задрожали.

— Очень любезно с вашей стороны, мэм, — ответил он.

— Я принесла вам табак в подарок. Миссис Пенхаллиган объяснила, какой сорт вы предпочитаете.

Приняв банку дрожащими руками, Джесси улыбнулся.

— Вы очень заботливы, мэм. Она тоже была очень доброй.

Притащив из коттеджа табуретку, Хайсон поставила ее рядом со стулом старика, жестом приглашая меня сесть, в то время как сама на корточках расположилась по другую сторону от него. Ловеллы и след простыл.

— Ваша дочь сегодня все утро печет пирожки, — сказала я.

— Бесси — прекрасная кухарка. Просто не знаю, что бы я без нее делал. Мне есть за что благодарить Бога, миссис Пендоррик. Мистер Рок тоже очень хорошо относится ко мне. Малышка все еще здесь?

— Да, я тут, — отозвалась девочка.

Слегка кивнув головой, он повернулся ко мне.

— Надеюсь, вам здесь нравится, мэм?

— Я просто в восторге.

— Да, в Пендоррик-холле давно уже не было новобрачной.

— Мою маму тоже когда-то называли новобрачной, а до этого — бабушку Барбарину.