Тройной переполох

Волк попросил ее разрешения и поделился с остальными – своими восторгами по поводу ее рисунков. К ужину все спорили, какие образы лучше запускать первыми. Участвовал даже Лесли, который притащил молочник и прикладывал к нему листы с изображениями, пытаясь представить, что получится. В итоге, парням больше всего понравились птицы.

Раскрасневшаяся и довольная Иви честно призналась себе в замечательности прожитого дня и отправилась перед сном в ванную комнату. Ее приключение в баре было слишком рискованным, но зато к каким чудесным последствиям оно привело.

Она будет рисовать и получать за это деньги, просто мечта. Кому-то оказались нужны ее сказочные простенькие рисунки, тонкие штрихи и завитушки.

Понимая, что в спальне с приходом вечера становится все холоднее, Иви разнежилась и затягивала свой выход, радуясь возможности просто полежать в теплой воде. Когда дверь распахнулась и на пороге застыл Дюк, сам планирующий освежиться перед сном, девушка лишь ахнула и прикрылась ладошками, но… не закричала.

Волк застыл, но, не услышав возражений, сделал осторожный шаг вперед, блестя глазами и бесшумно закрывая за собой дверь.

Он приближался к ванне медленно, подкрадывающимися шагами, словно хищник к загипнотизированной добыче. Постоял рядом несколько секунд и неожиданно присел прямо на пол. Оба напряженно молчали. Когда он потянулся и убрал ее руку от груди, Иви глубоко вдохнула, но не сопротивлялась.

Сначала его палец невесомо коснулся рта лисички. Эти красные ягодные губы не давали ему покоя.

Ласковое движение продолжилось по подбородку и шее. Иви начала дрожать, как в первую свою встречу с Гровером. Организм с трудом справлялся с эмоциональными нагрузками. Вот указательный палец потрогал сосок, тот сжался и чуть вытянулся прямо во время касания."

"- Потрясающе, - завороженно пробормотал волк, превращая в камушек и вторую вершинку.

Но этого Дюку оказалось мало. Уже более уверенно он убрал вторую руку Иви с еще более стыдливого места. И теперь мог осмотреть ее всю.

Две аккуратных грудки, гладкий живот, стройные ноги с узкими хрупкими щиколотками. Рука Дюка двинулась дальше. Они вместе, тяжело дыша, наблюдали, как крупный мужской палец останавливается на развилке и плавно погружается между девичьих ног. На сантиметр, еще на один, еще. Вода лишь немного искажала происходящее, добавляя нереальности в напряженную атмосферу ванной комнаты.

- Иви, - прошептал волк. И она расслабила сжатые до этого времени бедра.