Тройной переполох

Останавливать Иви у него сейчас не было сил, хотя появление брата его несколько обеспокоило. Сердце волка выстукивало ошалелую дробь. Лисичка упоенно лизала и целовала его подрагивающий живот, медленно опускаясь вниз. В приоткрытую дверь осторожно показалась голова Гровера, точнее, только боковая часть с одним, вытаращенным от переживаний глазом. Дюк поднял ладонь, дескать все, больше ни сантиметра, и неожиданно для себя снова застонал, когда нежные женские губы накрыли гладкую розовую головку.

Они с Иви были видны со входа в профиль, и Дюк почувствовал себя виноватым перед обделенным братом.

Он прекрасно знал, как могут беситься внутренние волки, долго находящиеся без своей самки. Но и рисковать едва возрождающимися отношениями волку не хотелось категорически. Подглядывающий Гровер пожирал «разрешенным» глазом, как медленно и сладко ярко алый рот Иви скользит по ровному впечатляющему стволу Дюка. Ободок навершия, краснеющего с каждой секундой, задевает ее нижнюю губку, девушка подрагивает всем телом от остроты чувств, но не останавливается. Дюк, рожденный на пару минут раньше и оного - старший брат, смотрит вниз и хрипло стонет. Он запомнит эти мгновения на всю жизнь, картину любви и полного доверия. Дюк не двигался, полностью подчиняясь желаниям лисы и боясь нарушить хрупкое чудо взаимного восторга. А Гровер, Гровер просто смотрел. Но быстро сдался, тихо прикрыв дверь и одиноко содрогаясь у стены. Перед внутренним взором, под спазмы удовольствия двигались алые нежные губы, плотно обхватившие горячую плоть.

- Иви, -Дюк все еще держал за волосы, но пальцы подрагивали, боясь сжать сильнее, - я так больше не могу. Ты выйдешь за меня? Иви подавилась, зафыркала, отодвигаясь и пытаясь отдышаться. - Ты мне сделал предложение, пока я была с тобой во рту? - недоверчиво спросила она. - Какая разница? Ты согласна?

- Ты бываешь такой глупый. Мне же детям нечего будет рассказать. А нужна романтичная история.

- Твои слова означают «Да»? Я сегодня же объявлю родителям! - Мои слова означают «Подумаю».

Но... - Что «но»? - Знаешь, без Гровера это будет нечестно.

- Вот! - закричал тут же появившийся младший, все это время увлеченно подслушивающий у двери. - Совершенно нечестно, я тоже хочу жениться. Иви, будешь моей на всю жизнь?

Он залез под воду и теперь стекал на брата и лису зеленой грязью. Его глаза шало горели, а ноги нетерпеливо переступали. Перед глазами лисы закачалось длинное и упругое, такое знакомое достоинство Гровера.