Трое против Пинкертона

– Подождите, подождите, но если я к примеру, проголосую за одного кандидата, а выберут другого, то я вынужден буду подчинятся тому кого не выбирал?

– Вы утрируете, да это так, но таковы правила и Вы, участвуя в выборах заранее соглашаетесь на них. Или не хотите – не участвуйте.

– Но тогда тем более у власти будут люди, которых я не выбирал, где же тут свобода?

– Послушайте, здесь все стараются участвовать в выборах, это привилегия, это сама суть американцев, самим участвовать в своей жизни, принимать решения, как им жить, а не ждать, что кто-то сделает это за них.

В итоге страна развивается, бизнес, промышленность, и помяните моё слово она когда-нибудь станет самой могущественной державой и превзойдёт британскую и российскую империи.

– Да про бизнес я слышал. Ещё вижу, что в стране много эмигрантов…

– Вот здесь Вы правы, да! Открываются новые заводы с передовыми технологиями везде нужны рабочие, инженеры, учёные. Возьмите ту же Гольдман или Беркмана, что им делать в России, им нельзя жить в столицах, в центре империи, где всё основное.

У них заранее ограниченны возможности. А здесь такого нет. Свобода."

"– Подождите, а как же краснокожие и чёрные жители этой страны? У них тоже такие же возможности?

– Ну что Вы Трегубов, не передергивайте, – поморщился Станкевич, – Вы же не глупый человек и понимаете, что это другое. Можете себе представить – черный инженер?!

Станкевич громко поставил на стол пустой стакан и победоносно посмотрел на Ивана, который не нашелся, что сказать в ответ.

С его точки зрения все люди были одинаковые, но очевидно, в этой стране существовали некие мифы, оправдывающие социальное неравенство. Как впрочем и в России. Трегубову вдруг вспомнилось определение – «помазанник божий». Поэтому он не стал продолжать бессмысленный разговор.

– Хорошо, не буду спорить, – сказал Иван, – везде есть свои нюансы и каждому нравится что-то своё. Одному живопись, – Трегубов посмотрел на картины, висевшие на стенах, – другому хорошая книга на вечер.

– Вот в этом с Вами соглашусь!

– Давайте вернемся к нашему делу. Вы узнаете адрес Надеждина и пришлете мне в отель?

– Правильно. Это сделать несложно.

– Переговорите с Эммой и выясните насчёт Беркмана, – продолжил Трегубов.

– Попробую, – ответил Станкевич, – это будет сложнее и займёт какое-то время.

– Договорились, – сказал Иван, поднимаясь с кресла.

Питтсбург, Пенсильвания, май 1892

Генри Фрик встретил своего гостя в в дверях.