Трое против Пинкертона

Обычно агенты Пинкертона так не работают, они стараются оставаться в рамках закона. Может ещё про Павла бы я подумал, поскольку через московский кружок, американский тоже мог узнать, что он агент, а значит он не смог бы продолжать работать в среде анархистов. Это натянуто, но сойдёт за мотив. Но зачем бы ему убивать Вашего друга?

– Не знаю, может он боялся, что его схватят жандармы, – предложил свою версию Трегубов. В любом случае нужно разобраться с Беркманом, потому, что Алексей собирался встречаться именно с ним.

– И в этом Вы рассчитывайте на меня, – догадался Станкевич.

– И ещё одно, у меня не получилось нормально поговорить с Эммой Гольдман про Беркмана, – честно сказал Иван.

– Могу представить, специфическая дамочка.

– Вы её тоже знаете? Ах да, она же отправила Вас с Надеждиным к профессору Знаменскому.

– Вы об этом знаете? – удивился Станкевич. Чего же Вы не знаете? Какая информация Вам нужна?

– В первую очередь, цель моего посещения Америки состоит в поиске убийцы Алексея Стрельцова, – признался Трегубов, а после небольшой паузы добавил, – и Павла Кузьминова.

– Итак, Вам нужна информация был ли в то время Беркман в Москве или же он был в Америке?

– Да.

– А что с Надеждиным? – спросил Станкевич.

– Им я займусь сам, дайте только мне его адрес, – попросил Иван.

– Хорошо, – сосредоточенно нахмурился Станкевич, – я узнаю, где сейчас проживает Евгений и сообщу Вам, Вы где остановились?

– Гостиница «Пятая авеню» это…

– Я знаю где это, а у Вас губа не дура, – улыбнулся Станкевич.

– Мой друг оплачивает её, – пояснил Иван.

– Я не хотел Вас в чём-то упрекнуть, не поймите неправильно. Конечно, пока Вы здесь наслаждайтесь путешествием, посмотрите страну, здесь есть много интересного.

– Вы говорите прямо как мой друг.

– Так Ваш друг прав!

– Вам здесь так нравится? – спросил Иван.

– Да, я уже привык, не думаю, что вернусь на Родину, – проговорил Станкевич и подлил себе виски в пустой стакан.

– И что же здесь такого особенного?

– Здесь? Здесь всё особенное.

– Странные слова для жандарма, – заметил Трегубов.

– Я же сказал я работаю, а не служу. Это разные вещи, – возразил Станкевич.

– Не буду спорить, но мне интересно, в чем же выражается эта свобода, которой нет у нас?

– Ну так сразу сложно сказать, – пожал плечам собеседник Ивана, – во многом, здесь люди выбирают себе представителя во власти, выбирают президента, а у нас вынуждены подчинятся тому кого сами не выбирали.