Трое против Пинкертона

Он посмотрел направо и налево, Надеждина нигде не было, затем его взгляд остановился на доме, у которого Трегубов последний раз видел Евгения Надеждина. Шириной дом был всего в три огромных окна, окаймлённых рельефом из вертикальных колон. Иван поднял взгляд вверх и прочитал вывеску расположенную между последним и предпоследним этажом. Вывеска растянулась вдоль всех трёх окон. Она гласила: «Национальное детективное агентство Пинкертона».

Что такое о них ему рассказывали? То, что это очень могущественная организация в Соединенных Штатах и, что она заинтересовалась российскими анархистами в эмиграции.

Неужели Надеждин – детектив, сотрудник полиции, который служит правосудию так же как и он?

Иван отравился в отель, погрузившись в размышления. Кто же такой Надеждин? Служитель правосудия или анархист. Трегубов не понимал, как вообще взрослый человек может быть анархистом или революционером любого другого толка. Он ещё понимал почему в этом участвует молодежь, в возрасте Эммы.

Им кажется, что мир несправедлив, а они могут что-то изменить в нём. Она его назвала опорой царизма. Не нравится ей император. Но всегда есть те кто наверху, кто управляет остальными. Вот в Америке тоже есть президент. Тот же царь. Хорошо, подумал Иван, они тут говорят, что президент и не вечен, и на смену приходит его преемник, новый президент. Ну и что. Чем это отличается от царя, которому наследует его потомок? Хотя они говорят, что выбирают президента. Ладно, пусть это отличается от царя, но итог то один и тот же. Там царь, здесь президент и оба принимают решение за Эмму, как бы они не назывались.

Чтобы она и её друзья не делали, они не изменят мир, не изменят природу человека. Но Эмма ещё молодая и горячая, ей не хватает опыта и жизненной мудрости. Иван много раз мысленно задавал себе вопрос, как в таких делах принимают участие, казалось бы умнейшие люди, как Кропоткин, но не мог найти ответа. Видный учёный и дворянин, занимавшийся исследованием периода оледенения.

Неужели он столь же наивен, как молодая девушка из еврейской семьи. Убив царя или президента, ничего не изменить. На их место тут же придёт новый царь или новый президент. Так устроено общество.

Размышляя подобным образом и витая в высоких материях философии, как ему казалось, Иван добрался до отеля, где застал озабоченного Михаила.

– Представляешь, мне сегодня курьер принес пустой конверт.