Трое из Леса. Вторая трилогия

Ну, не совсем племянники, но мой дед и его дед в молодости вместе грабили храм на Хмурой горе, жриц тамошних обрюхатили всех до единой, даже телицу при храме… ну, словом, мы почти родственники, сам видишь.

Мрак прохрипел сожалеюще:

– Да, родня – это сила. Жаль, что я нездешний.

– А мне жаль, – сказал Гонта мрачно, – что я здешний. Так и не повидаю твоих лесов.

Мрак едва успел подхватить с пола палицу. Та норовила выскользнуть из мокрой ладони, как большая тяжелая рыба. Воздух был пропитан тяжелым запахом свежепролитой крови, и люди шли тяжело, словно двигались в воде.

– Боги, все еще не конец! Какие же они…

– Медленные? – подсказал Ховрах.

– Как черепахи.

– А какие это черепахи? – полюбопытствовал Ховрах.

Он задержал дыхание, выставил щит, приняв удар сразу трех тел, с усилием оттолкнулся от стены, на этот раз отпихнув настолько, что тремя ударами расшиб им головы. Рядом сопели Мрак и Гонта, рубились молча, зло, сосредоточенно.

Любоцвет дрался красиво, меч его блистал как молния, а сам он двигался быстро и ловко.

– Не могу, – проговорил вдруг Ховрах хриплым голосом. – Уже скоро обед…"

"Он выловил в луже крови щит, поднялся. Топор сжимал посередке, не было сил держать за конец топорища. Мрак непонимающе смотрел, как он зашагал через трупы к выходу. Там его встретили блеском топоров, Ховрах заорал дурным голосом, врубился в стену тел, щитов, копий, пошел крушить, как будто разбивал крепостные врата.

– Что с ним?

– К обеду боится не успеть, – объяснил Гонта саркастически. – Жрун ненасытный.

– К обеду… Какому обеду? – переспросил Мрак. – А, в небесном чертоге?

– Ну да. Там вроде бы только раз в день кормят. В полдень.

Он бросил короткий взгляд в окошко. Оттуда веяло прохладой, но солнце еще стояло высоко.

– И самому, что ли… – сказал он задумчиво.

С усилием подняв оба меча, он заспешил к Ховраху. От усталости даже не переступал тела павших, обходил.

Впереди был непрекращающийся звон, лязг, грохот, от криков звенело в ушах. На Ховраха и Гонту наконец навалились скопом. Те подались, но Ховрах внезапно взревел страшно, врубился в самую середку, пошел сеять смерть, как рассвирепевший буйвол. Гонта попытался прийти на помощь, но его теснили, острия копий били сильно и часто.