Трое из Леса. Вторая трилогия

Гонта сердито сопел, держался поблизости, в ее сторону не смотрел так старательно, что чуть не вывихивал шею.

– Надо выпустить полоненных, – предложила Медея.

– Зачем?

– Маржель обидится, что не принесли жертв, перестанет помогать Горному Волку.

Мрак внезапно хлопнул себя по лбу:

– Знаю!..

На него оглянулись с недоумением. Мрак меньше всего был похож на человека, который что-то знает. Или на человека, подверженного озарениям.

– Что? – спросил Гонта осторожно.

– Мне один волхв говорил, – проговорил Мрак торопливо, и все облегченно вздохнули, – что храмы новых богов стараются строить на месте разрушенных старых.

После долгой паузы, пока все сопели да чесали затылки, Медея сказала осторожно:

– Мне бабушка говорила, что… Маздона. Нет, Маздоная. Да-да, Маздоная!

Гонта спросил напряженно:

– А что за ритуалы… Мрак, это безумие! Мы же не знаем старых обычаев, не знаем, что за бог, чего желал…

Медея тоже в сомнении качала головой.

"– Боги все одинаковы. Поклонения ждут, жертв, почитания. Атрибуты старых богов – потом объясню это слово – переносятся на новых, так говорил мой друг-волхв. Вон даже имя чуть схожее. Маздонай – это и есть, скорее всего, Маржель. По-нынешнему. Так что, ежели пленников не отпустим, а зарежем во славу старого бога…

Гонта побежал, размахивая руками. Его разбойники первыми принялись растаскивать тяжелые глыбы. К ним присоединились поляницы.

Когда место от новых плит было очищено, пленных согнали на место, где стоял жертвенный камень храма Маздоная. В земле еще виднелись коричневые гранитные осколки. Как видно, камень старого храма не увезли, а просто раздробили и вбили в землю.

– Это даже лучше, – сказал Мрак. Он оглядывался, чуткие уши ловили далекое ржание, конский топот. – Похоже, Горный Волк возвращается!

– За дело, – велела Медея.

Мрак вскочил на коня. Гонта вытащил лук, неспешно натянул тетиву. Мрак видел, как вздулись чудовищные мышцы, как застонало дерево, нехотя сгибаясь под чужой волей.

За спиной раздавались стоны, запахло кровью. Поляницы резали пленных быстро и умело. В жертву богу войны, хоть старому, хоть новому, всегда приносят только мужчин, а мужчин, вечных обидчиков, резать проще, чем глупых девок или беспомощных младенцев.