Трое из Леса. Вторая трилогия

Краска отхлынула от лица воеводы, по телу пробежал холодок, словно к горлу приставили холодное лезвие, но в корчму вбежали его гридни, крепкие воины, надо спасать лицо, и он заорал надменно и глупо, но чуть тише:

– Будут приличные люди! Вы там, чтоб сидели тихо!

Мрак и Олег снова смолчали, а Таргитай, дивясь, что на него падает трудное бремя переговоров, которые всегда вел Олег, ответил еще вежливее:

– Да мы самые расприличные!.. Приличнее уж не бывает.

Воевода раздул грудь и сам весь раздулся, стараясь выглядеть большим и страшным, только железные пластины на щеках не дали роже лопнуть, прорычал:

– Я вижу, какие приличные!.

Он не успел закончить вопли, какие могли бы окончиться для него плохо, потому что отступить никак не мог, а Мрак уже начал морщиться, но через порог переступил сгорбленный старик, бледный и сухой, одетый богато, с золотой цепью, огляделся. Вбежали двое отроков, быстро и ловко начали помогать хозяину убирать со столов, вытерли лужи пролитого супа, подобрали черепки, подмели, брезгливо открыли окно настежь.

Во дворе заржали новые кони. Люди переговаривались, покрикивали на челядь постоялого двора. Донесся звонкий женский голос, Таргитай сразу оживился, глаза заблестели, а грудь начала выпячиваться, как у петуха на плетне.

Через порог переступила высокая женщина. Двое гридней шли так близко, что едва не наступали на пятки. Она была в плаще с капюшоном, толстая ткань скрывала фигуру, а капюшон – лицо, но по тому, как держалась и двигалась, было видно, что молода, привыкла к подчинению, десятки слуг бросаются исполнять любое ее желание.

"Перед нею еще раз вытерли стол, воевода самолично смахнул невидимые хлебные крошки. Княгиня уселась царственно, откинула капюшон на плечи. Теперь стало видно, что уже не молода, но троянда и увядшая все равно красивей молодой крапивы, а эта женщина была настоящей трояндой.

– А что те люди?

Воевода наклонился к ее уху:

– Странники. Просто странники.

Она наморщила носик:

– Мне кажется, от них дурно пахнет. Почему они не ушли?

– Они ведут себя тихо, – ответил воевода виновато. – Заплатили сразу, хозяин на них не жалуется. Да и кроме того… – Он замялся.