Трианон

 – Мы все понимаем, на какой риск вы идете.

– Ну хорошо, – смилостивилась дама в маске. – Что ж, господа, давайте поскорее покончим с этим. Ибо мне не очень нравится здесь, да и вы, я чувствую, не слишком рады моему присутствию. Свечи!

Один из охранников щелкнул зажигалкой и зажег черные свечи Диоптры.

– Свет! – скомандовала Гольданская."

"Электрические лампы в комнате тут же погасли. Пространство теперь освещалось лишь светом черных свечей. Экран в передней части Диоптры вдруг осветился изнутри. Он напомнил Наташе волшебный фонарь, рисунок которого она видела когда-то в одной из энциклопедий в школьной библиотеке.

– Небольшое усовершенствование, – проговорил Векентьев. – Мы направим на экран Диоптры видеокамеру, чтобы она записывала все, что там появится, и одновременно транслировала это на экран на стене. Все же Диоптра очень мала, а у многих из нас уже не такое хорошее зрение.

– Я не возражаю, – ответила баронесса Гольданская.

Подбежавшие охранники тут же установили перед Диоптрой штатив с камерой.

Наташа силилась разглядеть ее руки, но в темноте ничего не могла увидеть. Почему она прячет их под перчатками? И почему она в маске? Может, у нее ужасные язвы по всему телу? Наташа просто сгорала от любопытства. Тем временем Гольданская начала свой сеанс.

– Aperi portam in aliam dimensionem! – пробормотала женщина.

– Что она сказала? – шепотом спросила княгиня.

– Попросила открыть ей портал в другой мир, – тихо ответил Векентьев.

Экран был хорошо виден членам Клуба и Наташе в ее тайнике. Он светился все сильнее. Наташе даже казалось, что по его поверхности клубится дым. Глазницы черепа вдруг полыхнули красным огнем, а затем весь экран осветился, и на нем появилось изображение. Оно словно состояло из разрозненных кусочков мозаики.