Три любовных романа

И в эту минуту Клео с досадой подумала, что мотивы брака наверняка вызывали подозрение с самого начала.

Решение ее проблемы зависело от того, найдет ли она мужа, которого дядя и тетя, ее опекуны, одобрили бы. Но стала ли бы она просить Джуда жениться на ней, будь он лысым и толстым, с приплюснутым носом и глупым как бревно? Это был вопрос, на который Клео предпочла бы не отвечать.

Клео шла по берегу у самой кромки воды, волны с приятной прохладой плескались у ее ног, а глубокая темнота ночи скрывала ее.

В этот неурочный час ее никто не увидит. При мысли об этом она немного успокоилась и даже улыбнулась одними уголками рта, когда теплый ветер подхватил ее ночную рубашку и облепил прозрачным батистом ее тело.

Она не могла уснуть: ночь была жаркая, мысли путались в голове, вызывая боль.

Весь долгий вечер напряженность между Джудом и ею росла, оба чувствовали это, и Клео совсем смешалась. Ее «доброй ночи» прозвучало коротко и резко, гораздо суше, чем бывало.

Она покинула террасу и побежала в комнату, чтобы побыть одной.

Но покой к ней не шел, и она выскользнула из дома на берег. В окне Джуда горел свет, и Клео задумалась, неужели и для него их брак, в который оба так расчетливо вступили, обнаружил странные и пугающие глубины, только сейчас выходящие на поверхность.

Ей никогда не приходилось думать о браке как союзе любящих. С тех пор как она потеряла родителей, она училась обходиться без любви и привыкла к мысли, что даже само это понятие ей чуждо.

На краткий миг она вообразила, что влюблена в Фентона, — и влюбленность обернулась для нее страшной катастрофой. Очнувшись от мимолетного увлечения, она поняла, что ее переживания были естественной реакцией на годы самоотверженной учебы, отсутствие родительской любви, отсутствие в ее жизни легкомысленных развлечений. Они были необходимой, пусть и неприятной, ступенью ее взросления.

Но если бы она искала любви, искала человека, которого бы уважала, с которым хотела бы соединить жизнь, тогда в Джуде она нашла бы все, что желала видеть в мужчине.

Он обладал блестящим умом, был выдержан — почти всегда, — и это был сильный человек, не лишенный, однако, нежности, человечности. Он уважал ее и обращался с ней как с равной — это было очень важно, гораздо важнее, чем его мужская привлекательность, богатство и положение, вместе взятые.