Три любовных романа

 — Я бы и кошке не посоветовала вкладывать деньги в эту партию товаров, не говоря уже о наших столь ценных клиентах из профсоюзов. Не понимаю, почему они так заинтересованы."

"Джуд усмехнулся и, сбросив напряжение, принял из ее рук чашку. Он в раздумье помешивал густой напиток, не добавив ни сливок, ни сахара.

— Вы абсолютно правы.

Он был явно доволен ею, казалось, еще немного, и он погладит ее по головке. Можно подумать, он все это время испытывал, насколько здравы ее рассуждения о рыночных тенденциях.

«В этом нет необходимости», — подумала она, потягивая свой кофе. Холодные прозрачные глаза смотрели невозмутимо, скрывая внутреннее удовольствие. Мысль, что он может погладить ее по головке, позабавила ее: Джуд никогда не опустился бы до этого. Слишком холоден, слишком недосягаем. Что же касается избранного ею дела, Клео всегда стремилась изведать все его закоулки. Не то чтобы она отдавала ему особенно много сил; просто оно было ее естественной частью, врожденной способностью, поэтому любое испытание доставляло ей удовольствие.

Джуд, казалось, отдыхал; однако в его низком хриплом голосе прозвучала насмешка, когда, жестом отказавшись выпить еще кофе, он спросил:

— Как поживает Джон Слейд?

Клео не удивилась вопросу: тесные деловые связи Слейдов и Мескалов имели многолетнюю историю. Десять лет назад, после гибели родителей Клео, дядя Джон взял на себя управление принадлежавшим семье банком «Фонды Слейдов», и только два года назад сердечный приступ, чуть не сведший его в могилу, вынудил его отойти от дел.

— Не очень хорошо, — вздохнула Клео. Когда родители погибли, дядя стал ее опекуном. Он был единственным человеком, утешавшим ее в первые трудные годы одиночества. — Ему нельзя волноваться. Доктор запретил расстраивать его.

— А ваш кузен Люк?

Глаза Джуда смотрели холодно и проницательно поверх сплетенных тонких пальцев.

— Продолжает дело своего отца. Надеюсь, он следит за своей репутацией.

Ни для кого уже не было тайной, что грязная статейка в колонке сплетен о скандале в одном из пресловутых ночных клубов Уэст‑Энда, в котором оказался замешан Люк, явилась причиной последнего, самого опасного сердечного приступа его отца. Клео заметила, как во взгляде Джуда мелькнуло осуждение.